Яндекс.Метрика Подводные течения "третьей волны"
Перепечатано из http://old.russ.ru/journal/predely/97-11-24/rowen.htm
Первоначально опубликовано в Journal of Democracy, 1995, vol. 6, # 1, p. 52-64.

Генри С. Роуэн
Подводные течения "третьей волны" 

Генри С. Роуэн - профессор и лауреат стипендии Эдварда Б. Раста Высшей школы бизнеса Стэнфордского университета, а также старший научный сотрудник Гуверовского института. Кроме того, он является президентом "РЭНД Корпорэйшн", председателем Национального совета по делам разведки и помощником секретаря обороны по вопросам международной безопасности. 
Автор выражает благодарность Брюсу Дональду и Джорджу Уилсону за помощь в подготовке этой статьи. 

Крах социалистической модели, рост во всем мире числа демократических государств и растущее влияние восточноазиатского региона сделали сравнительные перспективы различных политико-экономических систем предметом, вызывающим значительный интерес. 

Многие политологи-аналитики, самым известным из которых является Сэмюэль П. Хантингтон, высказывали мнение, что прогресс демократии с начала XIX века носил волнообразный характер, причем каждая волна расчищала дорогу для частичного отката назад, за которым следовали новые достижения 1. По подсчетам Хантингтона, абсолютное число демократических государств выросло от нуля в 1828 году до 59 в 1990-м. Сегодняшняя волна - по его логике третья - началась в середине 1970-х годов: за это время количество демократических государств возросло почти на 30. Более того, самая значительная часть этого прироста пришлась не на западные страны. Основной тезис настоящей статьи в том, что тенденции как в доходах, так и в образовательном уровне населения позволяют прогнозировать либеральной демократии во всем мире успешную будущность, хотя, несомненно, в некоторых странах возможны откаты назад и периоды повсеместной сдачи позиций. Эти откаты, однако, в изрядной степени будут компенсироваться поднимающейся приливной волной демократии. 

Слово "демократия" в разных контекстах имеет разное значение, о чем свидетельствуют начинающиеся дебаты об "азиатских" моделях демократии в противовес моделям "западным". Для оценки состояния либеральной, "западной", модели "Freedom House" ежегодно исчисляет реальный уровень политических и гражданских прав и свобод в каждой стране мира. В число свобод политических входят свободные и справедливые выборы, возможность организации реальной оппозиции с реальными шансами ее прихода к власти и т.д. К гражданским правам относятся равенство перед законом плюс свобода печати, мнений, собраний и тому подобное 2

Разумеется, эта система оценок далеко не идеальна. Весьма существенной представляется проблема множественности: при столь большом количестве отдельных векторов, лежащих и под политическими, и под гражданскими категориями, от того, как оценивается их вес, как они комбинируются между собой, зависит конечный результат, и итоговые оценки могут оказаться различными. Еще один недостаток метода - некоторое пренебрежение правами, необходимыми для создания благосостояния, в том числе защитой собственности и расширением личной свободы, непосредственно вытекающей из благосостояния. Третью проблему ставят сторонники "азиатской" демократии, которые критикуют последствия крайнего индивидуализма Запада и превозносят добродетели более "коммунальных" азиатских вариантов. Принимая во внимание все эти трудности, я все же придерживаюсь мнения, что рейтинговая система "Freedom House" служит хорошим мерилом того, что она предназначена измерять, - а именно западной, либеральной демократии.

Образование и демократия

Многие комментаторы, от Лорда Бриса и Джона Дьюи до Липсета, Габриеля Алмонда и Сидни Верба, рассматривали образование как базовую предпосылку демократии. Алекс Инкелес и Дэвид Г. Смит в ходе своего исследования коррелятов "уровня современности" в шести странах (Аргентина, Чили, Бангладеш, Индия, Израиль и Нигерия) обнаружили, что образование было единственной и наиболее важной переменной в формировании "современного человека", которого они описывают как "информированного, участвующего в жизни общества гражданина с выраженным чувством личной ответственности" 8

Образование может повлиять на демократию двумя способами: прямо, через воздействие, которое конгломерат образованных граждан способен оказывать на политические процессы и институты, и косвенно - посредством вклада образования в повышение уровня доходов. Признание образования одним из основных источников экономического роста было важным открытием современной экономики развития. Костас Азариадис и Аллан Дрэзен обнаружили, что в послевоенную эпоху не было ни одной страны, которая характеризовалась бы быстрым экономическим ростом без образованной рабочей силы. Кроме того, как показал Роберт Барро, количество детей, охваченных начальным и средним образованием в 1960 году, существенным образом коррелировало с дальнейшим экономическим ростом для большой выборки развивающихся стран 9.

Таблица 1. Средний образовательный стаж (для возрастной группы старше 25 лет)
 
 
1960
1985
Запад
6,5 
8,7 
Латинская Америка
3,0 
4,9 
Православная цивилизация
5,0 
7,6 
Присахарский регион (Африка)
1,3 
2,8 
Конфуцианская цивилизация
4,3 
7,1 
Буддийская цивилизация
2,6 
4,2 
Исламская цивилизация
1,1 
3,1 

Существует и другая связь между образованием и доходами: инвестиции в образование связаны с доходами как прямой, так и обратной зависимостью. Так, все, что увеличивает доходы - будь то образование, технологический прогресс, материальные инвестиции или эксплуатация природных ресурсов, - стимулирует повышение образовательного уровня и, следовательно, развитие демократии. 

Предположительно содержание образования также имеет значение. Так, Германия, которая к концу XIX века была страной с передовой промышленностью, а после поражения в первой мировой войне имела несомненно демократическое правительство, пала жертвой нацистской демагогии и тоталитаризма. Одним из факторов, сделавших возможным подъем нацизма, была авторитарная система ценностей, стандартно насаждаемая немецким образованием. Японское образование приобрело аналогичный характер после реставрации Мэйдзи. Если же говорить о сегодняшнем дне, то ценности, которые несут исламские школы, в особенности школы с сильным фундаменталистским уклоном, могут ощутимо повредить перспективам демократии в исламских странах. 

Общая степень образованности общества обычно лучше всего измеряется средним количеством лет, проведенных в образовательных учреждениях, для всего населения страны. При таком подходе выясняется, что образовательный уровень стабильно растет во всем мире, хотя темпы роста, разумеется, различны. В период с 1960 по 1985 год средний образовательный стаж для людей старше 25 лет увеличился почти на 2 года. В таблице 1 приведены средние показатели пребывания в учебных заведениях для семи "цивилизаций" в 1960 и 1985 годах. Проведенный в 1990 году на материале 175 стран регрессионный анализ корреляции между количеством лет обучения в возрастной группе старше 25 лет и свободой (взятой в качестве зависимой переменной) показывает, что каждый дополнительный год обучения приводит к повышению рейтинга страны на 6,6% 10

Представляется, что для всех стран образовательный стаж как таковой демонстрирует несколько большую корреляцию с демократией, чем собственно уровень доходов. Хотя образование является основным фактором повышения доходов и между двумя этими переменными существует высокая степень корреляции, на уровне 75% она не является абсолютной. Например, хотя средний гражданин СССР старше 25 лет в 1990-м имел больший образовательный стаж (9 лет обучения в школе), чем средний итальянец (7,3), среднедушевой доход в СССР составлял около половины от среднедушевого дохода Италии, а уровень свободы в СССР был вообще смехотворен. Поскольку образование является гораздо более предсказуемой переменной, чем доход, использование этого параметра предоставляет значительно большие прогностические возможности. 

Образовательные "выбросы", так же как и экономические, представляют значительный интерес. (В их число входят страны, характеризующиеся гораздо меньшим уровнем развития свободы, чем можно было бы предполагать, исходя из образовательного уровня их граждан.) В 1990 году предельные значения отклонений в сторону "несвободы" были у Кубы, Северной Кореи, Кувейта и Албании. В результате внутри этих стран существовало (и существует) напряжение, которое выталкивает их на более высокие уровни свободы. То же напряжение, ранее существовавшее в СССР и на большей части Центральной Европы, с тех пор значительно уменьшилось. На противоположном конце шкалы, с низким уровнем образования, но высоким уровнем "свободы", находилось несколько небольших государств, причем часть их относилась к категории молодых: Соломоновы Острова, Гамбия (до переворота), Ботсвана, Папуа-Новая Гвинея и Намибия. В их случае напряжение работает в противоположном направлении - если образовательный уровень в этих странах будет оставаться низким на протяжении длительного времени, они не смогут удержать свою свободу на том же уровне. 

В отношении взаимосвязи между образованием и свободой также встает вопрос о причинности, хотя представляется целесообразным уделить ему меньше внимания, нежели в случае связи между свободой и доходами. К этой проблеме можно применить подход, аналогичный тому, который был реализован Хелливеллом при исследовании доходов, то есть попытаться использовать уровни образования для каждой страны в разные годы для предсказания уровня свободы этой страны. Полученные результаты говорят о том, что каждый дополнительный год образовательного стажа добавляет в среднем по 4,8 пункта к рейтингу свободы - это значительно меньше прироста, который был рассчитан на основании кросс-культурного анализа показателей 1990 года по всем странам. Возможно, полученные для конкретных стран цифры служат лучшим мерилом причинной зависимости на данный конкретный момент, чем результаты анализа общей выборки. 

Если снова использовать метод Хелливелла, можно исследовать изначальное влияние свободы на повышение образовательного уровня. В результате оказывается, что чем раньше страна достигает высокой степени свободы, тем сильнее возрастает впоследствии образовательный уровень (с каждым годом на 0,01 пункта от исходной позиции на шкале свободы). 

В отличие от в целом высокой степени корреляции между уровнями доходов и свободы для большинства "цивилизаций" Хантингтона, зависимость между образованием и свободой в рамках тех же выборок стран в основном не носит значимого характера (единственным существенным исключением является "конфуцианская" группа). Это вызывает недоумение, если учесть сильные положительные корреляции, существующие между образованием и уровнем доходов и образованием и свободой, когда мы рассматриваем выборку из всех стран, и еще больше удивляет, если мы обратим внимание на наличие сильной корреляции между доходом и образованием внутри каждой цивилизации. Этот вопрос нуждается в дальнейшем изучении. 

Регрессионный анализ одновременного влияния образования и доходов на уровень свободы показывает, что каждый из факторов вносит свой независимый и статистически значимый вклад (образование на уровне 0,1%, доход на уровне 20%) - хотя, безусловно, меньший, чем каждый из них, взятый по отдельности. 

Прогнозируемый рост образовательного уровня и уровня доходов, по всей вероятности, будет иметь значительные политические последствия, причем самым важным из них станет распространение и укрепление демократических форм правления. Проявляющаяся со все большей силой тенденция к увеличению количества людей, охваченных школьным образованием, а также большие различия в образовательном стаже между молодыми и старыми рабочими к 2020 году выльются в дополнительные три года образовательного стажа рабочей силы в развивающихся странах и доведут эту количественную характеристику человеческого капитала до среднего значения около семи лет. Такое изменение ситуации является в высокой степени предсказуемым. Зная средний образовательный уровень населения в данный момент и имея цифры количества обучающихся в различных возрастных группах или различных классах, можно с достаточной точностью предсказать средний образовательный уровень населения через несколько десятилетий. В таблице 2 представлен реальный (в 1990-м) и прогнозируемый (в 2020-м) образовательный стаж населения для 16 развивающихся стран с наибольшей численностью населения; прирост показателей для этой выборки государств, на которые приходится три четверти населения развивающихся стран мира, составляет 2,69 года. Если предположить, что существовавшее в прошлом соотношение между образованием и демократией сохранится, то на основании изменения образовательного уровня можно предсказать будущие уровни свободы. 

Таблица 2. Прогнозируемые изменения в продолжительности (в годах) образовательного стажа (для возрастной группы старше 25 лет в 16 странах с большой численностью населения, 1990-2020 гг.) 11
 
СТРАНА
1990
2020
ИЗМЕНЕНИЕ
Китай
4,8 
7,0 
2,2 
Индия
2,4 
6,8 
4,4 
Индонезия
3,9 
6,4 
2,5 
Бразилия
3,9 
7,5 
3,6 
СССР
9,0 
10,1 
1,1 
Нигерия
1,2 
3,9 
2,7 
Пакистан
1,9 
3,2 
1,3 
Бангладеш
2,0 
3,6 
1,6 
Мексика
4,7 
7,8 
3,1 
Вьетнам
4,6 
6,7 
2,1 
Южная Корея
8,8 
11,1 
2,3 
Филиппины
7,4 
8,7 
1,3 
Турция
3,5 
7,1 
3,6 
Таиланд
3,8 
7,6 
3,8 
Иран
3,9 
7,3 
3,4 
Египет
2,8 
6,9 
4,1 

СРЕДНИЙ ПРИРОСТ: 2,69 

Как уже отмечалось выше, главное здесь в том, что каждый дополнительный год образовательного стажа населения повышает рейтинг страны по шкале свободы в среднем на 6,6%. Если так будет продолжаться и в дальнейшем, прогнозируемое возрастание образовательного стажа на три года приведет к повышению рейтинга свободы развивающихся стран на 20 пунктов. Хотя эта тенденция усредненная и во многих странах будут наблюдаться отклонения (вероятно, в сторону некоторого отставания), такие государства, как, скажем, Хорватия, Гватемала и Малайзия (в 1990 году имевшие рейтинг свободы ниже среднего уровня), могут выйти на уровень Панамы, Таиланда и Мексики (на тот момент примерно средний), а последние - на уровень Аргентины, Южной Кореи и Литвы (выше среднего) и так далее. 

Экстраполируя данные о среднем приросте образовательного уровня на все развивающиеся страны (с использованием результатов регрессионного анализа корреляции между уровнями образования и свободы 1990 года), мы можем предсказать, что количество "свободных" стран возрастет с 61 в 1990-м до 74 в 2020 году, "частично свободных" - с 56 до 77, зато количество "несвободных" стран сократится с 58 до 24. При использовании другого описанного выше метода, в котором свобода соотносится с образовательным уровнем на более раннем этапе и с изменениями в образовании, количество "свободных" стран возрастает не столь значительно - с 61 до 66, "частично свободных" - с 56 до 75; количество "несвободных" государств также сокращается несколько медленнее - с 58 до 34. 

Вышеизложенные результаты регрессионного анализа внутри групп стран, наряду с полученными во временной перспективе результатами Хелливелла, также позволяют нам прогнозировать уровни свободы исходя из уровня доходов - при условии, что у нас есть некоторые основания для предсказания последнего. Исходя из того, что среднегодовой прирост дохода на душу населения составляет 3%, и предполагая, что увеличение дохода будет приводить к такому же повышению уровня свободы, как и ранее, мы получим, что с 1990 по 2020 год количество "свободных" стран должно возрасти с 61 до 75, тогда как количество "несвободных" - уменьшиться с 58 до 43 12. Если же принять, что рост доходов будет происходить медленнее, например со среднегодовым темпом прироста 2% на душу населения для развивающихся стран, то темп политической эволюции также замедлится. 

Кроме независимого влияния, которое, по всей видимости, уровень доходов и образовательный уровень населения окажут на уровни свободы в различных странах, также заслуживают рассмотрения комбинированные воздействия. Предполагая, что среднегодовой прирост дохода на душу населения составит 3%, а рост среднего образовательного стажа - 3 года, мы получим, что количество "свободных" стран возрастет с 61 в 1990-м до 75 в 2020 году, "частично свободных" - с 56 до 75, а количество "несвободных" стран уменьшится с 58 до 25. 

Сходные в основном результаты, которые дают эти различные методы, вполне соответствуют ожиданиям, если учесть тесную связь между образованием и доходами. Все перечисленные методы предсказывают значительный рост числа "свободных" и "частично свободных" стран и существенное сокращение числа "несвободных" государств. 

Если приведенные выше прогностические оценки и результаты регрессионного анализа методологически и аналитически оправданы и позволяют точно оценить рост процентной доли свободных стран во всем мире, то свободных стран в 2020 году фактически может оказаться существенно больше, чем 74 или 75, как было предсказано выше, - ведь примерно столько свободных стран в сегодняшнем мире. В результате политических катаклизмов, которые привели к распаду СССР, Югославии и Чехословакии, в период с 1990 по 1993 год значительно возросло как общее количество государств мира, так и количество свободных стран. Абсолютное число стран в этом регионе выросло с 8 до 27. Их средний рейтинг по шкале свободы упал на 3 пункта (с 54 до 51 по модифицированной шкале "Freedom House"). Количество стран, относящихся в соответствии с этой шкалой к категории "свободных", выросло с 3 до 7, "частично свободных" - с 3 до 14, а "несвободных" - с 2 до 6. Все страны, за исключением бывшей единой Югославии, отнесенные в 1993 году к категории "несвободных", находились в Средней Азии и на Кавказе. 

Таким образом, в результате произошедшего после 1990 года распада советской империи в 2020 году будет больше государств, но общая картина распределения свободных стран вряд ли сильно изменится по сравнению с приведенным выше прогнозом. Представляется резонным предположить, что центральноевропейские государства, если они окажутся способными сохранить свою независимость, будут в подавляющем большинстве свободными странами, поскольку бульшая их часть свободна уже сегодня (находящаяся под контролем сербов Югославия является единственным крупным исключением), а тенденции к повышению уровня доходов и образовательного уровня придадут им бульшую стабильность как демократическим государствам. Что касается республик бывшего СССР, то в 1993-м только Эстония и Литва были отнесены к категории "свободных", однако указанные выше тенденции должны постепенно повысить рейтинг по шкале свободы остальных 13 государств. Правда, в России характер политического устройства будет сильно отличаться от общерегионального - как вследствие ее мощи, так и в связи с внутренним давлением в сторону воссоздания государственной системы наподобие имперской. Поэтому хотя Россия станет подвергаться тем же либерализирующим воздействиям, что и другие страны, и несмотря на то, что высокий образовательный уровень ее населения является благоприятным фактором, антидемократические силы могут прийти к власти в этой стране - а значит, и в других странах "ближнего зарубежья". Еще раз подчеркиваю, что все вышесказанное - лишь статистические выкладки, на основании которых нельзя с уверенностью утверждать, что произойдет в каждой конкретной стране в будущем. 

Демократия как прилив

Существуют и другие моменты, на которые следует обратить внимание, делая прогнозы на будущее: проявлявшиеся ранее схемы взаимосвязи между параметрами могут меняться; некоторые "цивилизации" могут не принять западный стиль демократии, несмотря на рост их доходов (такое предположение позволяет сделать анализ ситуации с арабскими государствами). Поэтому "третья волна", как и первые две, может откатиться назад, и "четвертая" нахлынет не так уж скоро. В целом демократию можно уподобить приливу; его "волны" - явление поверхностное и поэтому движение их не всегда совпадает с направлением подводного течения. Но при условии неуклонного образовательного и экономического подъема и в отсутствие каких-либо неизвестных нам противодействующих сил уровень свободы в мире будет повышаться. 

На основании всего вышесказанного можно заключить, что лучшим средством стимулирования демократического подъема является ускорение экономического развития и повышение образовательного уровня. Это утверждение находилось в самом центре дебатов, которые прошли недавно в США по поводу продления режима наибольшего экономического благоприятствования в отношении Китая. Победила позиция, которую можно выразить словами: "развитие поможет демократии"; наш анализ служит ей подтверждением. В то же время не следует думать, что богатые демократические государства не должны предпринимать никаких мер для оказания непосредственной поддержки демократическим институтам в других странах, ибо такая позиция привела бы к неоправданному сужению процесса демократизации. Прежде чем демократические институты смогут укрепиться, люди должны их усвоить, обрести опыт пользования ими. Как показывает история прорывов и отступлений демократии во всем мире, для того чтобы прийти к здоровому демократическому государственному устройству, иногда приходится предпринимать не одну попытку. Италия, Германия, Испания и Япония являются стабильными демократическими государствами, но путь их к этому состоянию был далеко не гладок. В странах с авторитарными режимами всегда находятся люди, стремящиеся к изменению политической системы в сторону демократии; помощь извне как в форме информации, так и в форме моральной или политической поддержки иногда может в значительной мере изменить ход событий. 

И наконец, один из аспектов спора о западной модели демократии в противовес модели азиатской имеет отношение к конечным условиям или условиям равновесия. Наш анализ лишь показывает, что азиатские страны, как и многие другие, идут по западному пути и что процесс этот, вероятно, будет продолжаться по меньшей мере еще несколько десятилетий 13. На основе этого исследования нельзя с уверенностью утверждать, какова будет судьба этих стран в отдаленной перспективе - по крайней мере с той же степенью уверенности, с какой мы можем предсказывать будущий характер западной демократии на ее родине. 
 

Перевод выполнен группой переводчиков под руководством
Веры Зелендиновой.


СТАТИСТИЧЕСКИЙ КОММЕНТАРИЙ
(Более подробно о результатах регрессионного анализа) 

Регрессионный анализ корреляции между уровнем доходов и свободой (данные 1990 года):

* Все страны: корреляция значима на уровне 0,1%. Свобода (шкала 0-100) = 33,2037 (t = 11,32) + 0,00338432 x PPP90 (t = 8,61). Попр. R2 = 0,296 n = 175 стран. 

* Все страны за вычетом северо-западной части Европы и стран Британского Содружества: корреляция значима на уровне 0,5%. Свобода = 35,8947 (t = 10,68) + 0,002104 x PPP90 (t = 3,37). Попр. R2 = 0,064 n = 153. 

* Все страны за вычетом северо-западной части Европы, бывших европейских и британских колоний: корреляция значима на уровне 0,5%. Свобода = 30,5193 (t = 8,37) + 0,00215056 x PPP90 (t = 2,87). Попр. R2 = 0,062 n = 111. 

Анализ корреляции между уровнем доходов и свободой внутри цивилизаций (1990 г.):

* Страны Запада: корреляция значима на уровне 0,1%. Свобода = 84,4235 (t = 27,26) + 0,000835243 x PPP90 (t = 4,14). Попр. R2 = 0,402 n = 25. 

* Латинская Америка: корреляция близка к значимой на уровне 20%. Свобода = 53,8091 (t = 4,60) + 0,00454812 x PPP90 (t = 1,47). Попр. R2 = 0,058 n = 20. 

* Православные страны: корреляция значима на уровне 1%. Свобода = 2,07915 (t = 0,14) + 0,0089026 x PPP90 (t = 3,62). Попр. R2 = 0,574 n = 10. 

* Страны присахарского региона: корреляция значима на уровне 0,1%. Свобода = 16,1901 (t = 3,80) + 0,00866091 x PPP90 (t = 3,69). Попр. R2 = 0,218 n = 46. 

* Конфуцианские страны: корреляция значима на уровне 5%. (При регрессионном анализе Япония принималась в расчет как "конфуцианская" страна.) Свобода = 4,97036 (t = 0,33) + 0,00450245 x PPP90 (t = 3,19). Попр. R2 = 0,56 n = 8. 

* Буддийские страны: корреляция значима на уровне 0,5%. Свобода = -9,50294 (t = -1,09) + 0,021936 x PPP90 (t = 5,19). Попр. R2 = 0,812 n = 7. 

* Исламские страны: 

= Все: корреляция почти отрицательна, значима на уровне 20%. Свобода = 32,9515 (t = 7,68) - 0,0106484 x PPP90 (t = -1,49). Попр. R2 = 0,029 n = 33. 

= Все за вычетом стран, преимущественно производящих нефть: значимая корреляция отсутствует. Свобода = 29,4069 (t = 5,45) + 0,00121905 x PPP90 (t = 0,74). Попр. R2 = -0,014 n = 33. 

= Арабские страны: отрицательная корреляция, значима на уровне 10%. Свобода = 33,5052 (t = 4,40) - 0,0016104 x PPP90 (t = -1,81). Попр. R2 = 0,14 n = 15. 

= Арабские страны за вычетом стран, преимущественно производящих нефть: значимой корреляции нет. Свобода = 40,9972 (t = 4,09) - 0,00202379 x PPP (t = -0,95). Попр. R2 = -0,015 n = 8. 

= Неарабские страны: значимой корреляции нет. Свобода = 29,3616 (t = 5,35) - 0,00102802 x PPP90 (t = -0,71). Попр. R2 = -0,2 n = 26. 

= Неарабские страны за вычетом производителя нефти (Бруней): значимая корреляция на уровне 10%. Свобода = 22,4495 (t = 3,40) + 0,00457364 x PPP (t = 1,86). Попр. R2 = 0,093 n = 25. 

Корреляция между образованием и свободой (1990 г.):

* Все страны: корреляция значима ниже уровня 0,1%. Свобода (шкала 0-100) = 18,989 (t = 5,35) + 6,60288 x EdYrs (t = 10,71). Попр. R2 = 0,378 n = 174. 

Корреляция между доходами, образованием и свободой (1990 г.):

* Все страны: корреляция значима на уровне 0,1%. Свобода (шкала 0-100) = 19,95 (t = 5,57)***** + 5,40 x EdYrs (t = 5,64)***** + 0,00093 x РРР (t = 1,63)*. Попр. R2 = 0,402 n = 174. 

Корреляция между изменением образовательного уровня во времени и свободой (1973-1992 гг.):

* AR1 Попр. Временной срез по всей группе. 

* Все страны: корреляция значима на уровне 0,1%. Свобода (шкала 0-100) = 28,42 (t = 8,92)***** + 4,84 x EdYrs (t = 8,60)*****. Попр. R2 = 0,128 n = 788. 

Корреляция между образованием, изменением образовательного уровня и свободой (1970-1992 гг.):

* Все страны: корреляция значима на уровне 0,1%. Свобода (шкала 0-100) = 20,18 (t = 4,29)***** + 7,90 x 1970 EdYrs (t = 8,69)***** + 4,48 x изменение в EdYrs, 1970-1990 (t-2,58)**. Попр. R2 = 0,467 n = 110. 

Корреляция между ростом образовательного уровня и свободой (1970-1990 гг.):

Прирост образовательного уровня (1970-1990) = 0,99 (t = 4,11)***** + 0,012 x 1973 свобода (t = 2,71)*** + 0,05 x 1970 EdYrs (t-0,89) (ns) Попр. R2 = 0,107 n = 106. 

Отличие от нуля: * = 20%; ** = 5%; *** = 1%; **** = 0,5%; ***** = 0,1%. 

Примечания 

1 Samuel P. Huntington, The Third Wave: Democratization in the Late Twentieth Century (Norman: University of Oklahoma Press, 1991). 

2 Шкала “Freedom House” имеет позиции от 1 до 7 для каждого из политических и гражданских прав (наименьшее значение соответствует наиболее высокому уровню развития демократии). Для получения представленных ниже данных эти два пограничных значения, характеризующиеся высокой степенью корреляции, были сложены и приведены к шкале от 0 до 100. 

3 Seymour Martin Lipset, Political Man: The Social Bases of Politics (rev. ed., Baltimore: John Hopkins University Press, 1981). То, что благосостояние не есть условие демократии, очевидно; свидетельство этому - Бангладеш. Существуют и другие корреляты, такие, как хорошо известный пример протестантских обществ и, возможно, не столь хорошо известный - одной из колоний Великобритании. В связи с последним - см.: Seymour Martin Lipset, Kyoung-Ryung Seong, and John Charles Torres, "A Comparative Analysis of the Social Requisites of Democracy", International Social Science Journal 45 (May 1993): 155-176. 

4 Lipset, Political Man, 31. 

5 Patrick E. Tyler, "In the Twilight of Deng, China's Rising Stars Jostle", New York Times, 21 August 1994, A3. 

6 См.: Lawrence Sirowy and Alex Inkeles, "The Effects of Democracy on Economic Growth and Inequality: A Review", Studies in Comparative International Development 25 (April 1990): 126-157; Adam Przeworski and Fernando Limongi, "Political Regimes and Economic Growth", Journal of Economic Perspectives 7 (Summer 1993): 51-70; John F. Helliwell, "Empirical Linkages Between Democracy and Economic Growth" (National Bureau of Economic Research Working Paper № 4066, May 1992); and Mancur Olson, "Dictatorship, Democracy and Development", American Political Science Review 87 (September 1993): 567-577. 

7 Samuel P. Huntington, "The Clash of Civilizations", Foreign Affairs 72 (Summer 1993): 22-49. 

8 Alex Inkeles and David H. Smith, Becoming Modern (Cambridge: Harvard University Press, 1974), 290-291. 

9 Costas Azariadis and Allan Drazen, "Threshold Externalities in Economic Development", Quarterly Journal of Economics 105 (May 1990): 501-527. Robert J. Barro, "Economic Growth in a Cross-Section of Countries", Quarterly Journal of Economics 106 (May 1991): 407-444. 

10 Данные об образовательных уровнях приводятся по United Nations Development Programme (UNDP), Human Development Report (1993) и Robert J. Barro and Jong-Wha Lee, "International Comparisons of Educational Attainment", Journal of Monetary Economics 32 (December 1993): 363-394 (с таблицами приложений от июля 1993 года). Данные Барро и Ли относятся к периоду до 1985 года включительно; использованные в настоящей работе данные Программы относятся к 1990 году. Различия в выборках стран между этими двумя источниками и несовпадение данных об образовательном стаже для некоторых случаев не оказывают влияния на изложенные в настоящей статье статистические результаты. 

11 Данные приведены по Программе развития ООН. 

12 Обоснование прогнозируемого трехпроцентного прироста на душу населения можно найти в Henry S. Rowen, "World Wealth Expanding: Why a Rich, Democratic and (Perhaps) Peaceful Era Is Ahead", in Ralph Landau, Gavin Wright, and Timothy Taylor, eds., Growth and Development: The Economics of the Twenty-first Century (Stanford: Stanford University Press, forthcoming). 

13 Аналогичный взгляд на эволюцию демократии в Юго-Восточной Азии излагается в James W. Morley, ed., Driven by Growth: Political Change in the Asia-Pacific Region (Armonk, N.Y.: M.E. Sharpe, 1993), 309. 

Генри С. Роуэн. Подводные течения "третьей волны".
http://old.russ.ru/journal/predely/97-11-24/rowen.htm


Наш адрес:

1997 - 2017.© Василий Леонов