Яндекс.Метрика ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ НАЛИМОВ, учёный, гностик и рыцарь 20-го столетия
Каждый слышит то, что понимает. Гете Часть материалов сайта доступна только подписчикам. На период подписки они имеют возможность оперативной консультации по статистическому анализу биомедицинских данных. Запрос на подписку направляйте редактору БИОМЕТРИКИ.

Василий Васильевич Налимов,
учёный, гностик и рыцарь 20-го столетия

"Великое Знание динамично.
Его надо раскрывать и по-новому,
заново, каждый раз.
Мы – служители,
выполняющие эту роль".
1, с.365).

Канатоходец

Этот свой жизненный путь Василий Налимов сравнивал с танцем на канате. Он начал посещать кружки анархомистиков в возрасте 17-ти лет. На протяжении всего своего детства и в юности он имел перед глазами пример глубоко естественного анархизма в мировоззрении и поведении своего отца – известного этнографа, профессора антропологии в МГУ Василия Петровича Налимова (1879-1939). Анархизм последнего проявлялся в абсолютном уважении свободы других людей и крайне независимом личном характере. Видимо, это было связано с происхождением В.П.Налимова: он был сыном колдуна малого финно-угорского народа на Севере России – коми – и часто повторял: " Мои предки – свободные охотники – никогда не были крепостными ". Компромисс с совестью и повиновение в налимовском роду исключалось категорически – они не сдавались и не предавали друзей. Ребёнком Василий Налимов-сын запомнил обстоятельства выступления Василия Петровича на университетском митинге памяти Кропоткина, после смерти этого выдающегося мыслителя-гуманиста в 1921 году. Мать В.В.Налимова, до замужества Надежда Ивановна Тотубалина из русской купеческой семьи, была врачом, жертвенно служила больным и умерла от тифа, когда её сыну было 10 лет. Василий Петрович вступил в личный конфликт со Сталиным, был дважды арестован (в 1932-м и 1938-м), обвинён в руководстве "контр-революционным финно-угорским националистическим заговором" и погиб в Сыктывкарской тюрьме до вынесения приговора. Реабилитирован в 1955-м. В этом мрачном деле осталось очень много тёмного и непонятного ( 1 , с.70-77, 85-89).

Отец В.В.Налимова погиб в тюрьме, когда сын уже был в Гулаге. Его младший брат Всеволод умер 16-летним ещё в 1930 году. Не миновала 7 лет Гулага (1948-1955) и сестра, Надежда Налимова-Уайтхед: по причине замужества за английским офицером союзнической Королевской военной миссии, по окончании войны отправленным на родину. Крёстный Налимова, этнограф Дмитрий Янович, тоже погиб в лагере, осуждённый за политические анекдоты. Тоталитарный режим обычно уничтожал и репрессировал людей, своих "врагов", семьями...

Василий Налимов-сын был арестован в Москве как анархомистик 22 октября 1936 года, после 10-ти лет эзотерического обучения. Приговор "тройки" – 5 лет лагерей за "контр-революционную деятельность". Но он был освобождён только в 1954 году – после 18-ти лет тюрем, колымских лагерей и ссылок – колымской, магаданской, казахстанской (Усть-Каменогорск, Темиртау). В 1947 году – нелегальный приезд в Москву, а в 1949 году – второй арест в Алма-Ате с осуждением на "вечную ссылку", прерванную лишь смертью "бессмертного вождя" Джугашвили. Все годы ссылки Василия Налимова верно поддерживала приехавшая к нему в Сибирь первая жена – топограф и поэтесса Ирина Усова (1905-1985), поисходившая из дворянской семьи. Реабилитирован он только в 1960-м, после двух в том отказов, а затем реабилитации всех анархомистиков, дело которых считалось "совершенно секретным".

В своих воспоминаниях Налимов сделал глубокий этико-психологический анализ репрессивной деятельности власти и её разрушительных последствий для состояния коллективной психики нации. Характерна личная позиция анархомистика, когда он говорит о противостоянии репрессиям власти :

"Существенным оказалось то, что ничто не даёт устойчивости в борьбе – ни высокие степени посвящения, ни многолетний духовный опыт, ни братские связи. Что же может гарантировать от падения?.. Сдаться сразу же без борьбы? Нет. Никогда!

И вдруг я понял, что борьбу мы вели не столько со следователями, сколько с самими собой. Человек оказывается врагом самому себе. Внешний враг – это только провокация, только вызов на бой; а дальше всё свершается внутри себя
" ( 1 , с.450)

Как и во время следствия, в заключении Налимов не изменил своим убеждениям, оставаясь творчески ищущим и борящимся с несправедливостью анархомистиком. Достаточно упомянуть эпизод об объявлении голодовки (!) с отказом работать в колымском лагере ( 1 , с.196-198). Или процитировать субъективно-личный вывод Василия Налимова из опыта неволи: "выжить в лагере может только тот, кто не смирился с мыслью о том, что он стал, как это ему внушали, сталинским рабом" ( 1 , с.205).

В течение всего этого времени, несмотря на каторжные работы и потом долгую изоляцию от цивилизованного мира, он сумел не просто сохранить свою увлечённость математикой, но трансформировал эту страсть в подлинный духовный поиск пифагорейского типа. Это были годы суровой аскезы, напряжённого самопознания, размышлений над философскими и научными проблемами. Ибо в заключении Налимов работал не только на золотых приисках, но также в металлургических и геолого-разведывательных лабораториях системы Гулага.

После освобождения и официальной реабилитации Налимов получил возможность продолжить работу в разных научных лабораториях и с научной литературой во Всесоюзном институте научно-технической информации АН СССР. Несомненна высокая одарённость Налимова как творческого учёного и мыслителя. Уже в 1959-м он создаёт в Государственном институте редких металлов первую в стране группу по разработке математической теории эксперимента. В 1965 году, будучи уже профессором и доктором технических наук (тема диссертации 1963 года – методологические аспекты кибернетики) он возглавляет сначала отдел, а затем Лабораторию математической теории эксперимента МГУ, став на этой должности заместителем академика Андрея Колмогорова (1903-1987) – гениального русского математика, который руководил большой межфакультетской Лабораторией статистических методов МГУ.

Василий Налимов проработал с Колмогоровым 10 лет, пользуясь как учёный неизменной поддержкой Андрея Николаевича, который защищал Налимова от партийных нападок и предоставил ему привилегию редкой свободы в исследованиях и выражении идей. "Василий Васильевич – учёный такого ранга, что может заниматься тем, чем хочет", – говорил влиятельный академик, и Налимов оставался неприкосновенным для партийных интриганов университета ( 1 , с.286). С 1975 года Налимов возглавил Лабораторию математической теории эксперимента на биологическом факультете, а последние годы жизни работал ведущим сотрудником Лаборатории системной экологии МГУ.

Показательно, что всё это Василий Налимов достиг, не имея диплома о высшем образовании, так как в 1930 году добровольно покинул 2-й курс физико-математического факультета Московского университета из-за конфликта с комсомолом университета. До ареста он работал в Лаборатории высокого вакуума Всесоюзного электротехнического института в Москве, где изучал фотоэлектрический эффект (опубликовав, в соавторстве, свою первую научную книгу по этой теме) и ещё застал доклады отца Павла Флоренского, до его ареста и гибели в Гулаге. Случайно или нет, но некоторые центральные идеи миропонимания Павла Флоренского удивительно перекликаются с теми, которые Налимов развивал в своих философских работах: Флоренский видел в математике инструмент бесконечного самопознания, говоря, что занятия математикой и физикой привели его "к признанию формальной возможности теоретических основ общечеловеческого религиозного миросозерцания" ( 10 , с.267).

В 1960-70-х годах книги Налимова по статистическим методам планирования экспериментов, кибернетике и наукометрии оказывались среди самых цитируемых в мировой научной литературе. Они издавались в университетах Лондона, Оксфорда, Берлина, Будапешта, Варшавы и переводились исследовательскими отделами армии США, а Институт научной информации в Филадельфии (США) издал в 1980-х годах 4 работы по мультидисциплинарному изучению сознания, имеющие философскую направленность ( 11 ). Став профессором МГУ, Налимов всегда отказывался от членства в компартии и связанной с этим карьеры в научной номенклатуре. Он не признавал значения "закрытой" науки для культуры :

"Мы сразу же можем исключить из рассмотрения всё, что относится к так называемой "закрытой" науке, поскольку развитие "закрытых" работ не оказывает влияния на информационные потоки в науке" ( 12 , с.12).

Методологически подход Налимова к проблемам науки близок анархическому подходу американского философа австрийского происхождения Пола Карла Фейербенда (1924-1994), который, в частности, писал ( 13 ):

"Наука есть одна из форм идеологии, и она должна быть отделена от государства, как это уже сделано в отношении религии" (с.517). "Наука представляет собой по сути анархистское предприятие: теоретический анархизм более гуманен и прогрессивен, чем его альтернативы, опирающиеся на закон и порядок" (с.147).

Сам Василий Налимов в этой связи писал: "Анархизм – это всеобъемлющая свобода. Она должна охватить все проявления культуры, в том числе и науку, остающуюся в плане методологии жёстко идеологизированной" ( 1 , с.142).

Да и само по себе научное творчество, то есть способность человека открывать и создавать новое в уже существующем, возможно только как анархический процесс, что Налимов хорошо показал в одной из своих давних статей ( 14 ). В другой книге – Faces of Science ("Облик науки", законченной в Москве в 1979 году, но целиком никогда не опубликованной в России) Налимов пишет ( 15 ):

"Человек открывается в своём видении мира. Наука в диалектическом противостоянии логического алогическому моделирует скорее природу самого человека, чем описываемого им Мира. Отсюда изучение природы самой науки это, прежде всего, путь к пониманию человека (с. xii )...

Наука может быть как источником знаний, так и источником заблуждений... Научные теории на самом деле ничего не объясняют, поскольку они всегда ставят нас перед новыми, более серьёзными проблемами. Скорее, можно говорить о том, что они примиряют нас с тем новым, что вскрывается в процессе нескончаемого овладения Миром (с.275)...

Символические образы – архетипы нашего бессознательного, – выступающие в роли упорядочивающих операторов при построении новых теорий, являются... теми факторами, которые примиряют нас (на уровне бессознательного) с нашими построениями... Иначе говоря... сама сопричастность математических построений нашему бессознательному примиряет их с нами в большей степени, чем сопутствующие им формальные доказательства (с.275)...

Из сказанного выше с очевидностью следует, что разумнее говорить не о познании Мира, а об углублении нашего взаимодействия с ним, сопровождающимся расширением нашего сознания..." (с.278).

Уже в начале 1980-х о Налимове писали, что он является энциклопедическим "мыслителем эпохи Возрождения" – " Renaissance scholar " ( 16 ). Василий Налимов создал русскую школу математических методов планирования экспериментов; ввёл в науку термин "наукометрия" и сформулировал основы этой новой дисциплины; разработал философию и основания глобальной экологии; создал язык вероятностной логики; разработал вероятностно ориентированные модели языка, сознания, эволюционизма и смысла (последнюю называют также "вероятностной теорией истины" – probabilistic theory of truth ). Сегодня эти его достижения общепризнаны в России ( 17 ).

Однако в СССР издание и даже упоминание новых книг Василия Налимова полностью прекратилось на 10 лет – с 1979 по 1989 годы. Именно на этот период приходится издание его философских работ в США. Так из русской культуры большая часть фундаментальных идей и практических разработок Налимова были напрочь вырваны на 10-15 лет, что не принесло стране ничего, кроме интеллектуального и духовного обеднения народа, которое не могли компенсировать отдельные публикации учёного в советской научной и популярной прессе.

Начиная с "парохода философов", высланных большевиками за границу, и сотен других блестящих учёных, поэтов, мыслителей России, отправленных в концлагеря и расстрельные подвалы ЧК-ГПУ-НКВД, не говоря уже об уничтожении просто трудолюбивых крестьян и предприимчивых людей, всё лучшее из страны так или иначе изгонялось. Так страна была розорена, народ обманут и обкраден, и сегодня мы сидим на обломках этого гигантского крушения русского Голема.

Текст © Владимир Багрянский, все права сохранены.

Возврат к оглавлению.


Возврат на главную страницу.

Возврат в КУНСТКАМЕРУ.
Rambler's Top100