Яндекс.Метрика МОЖНО ЛИ ИЗМЕРЯТЬ НАУКУ? Исследования В.В. Налимова по наукометрии
Каждый слышит то, что понимает. Гете Трудных наук нет, есть только трудные изложения. А.И. Герцен. Часть материалов сайта доступна только подписчикам. На период подписки они имеют возможность оперативной консультации по статистическому анализу биомедицинских данных. Запрос на подписку направляйте редактору БИОМЕТРИКИ.
 Ю.В. Грановский
Журнал "Науковедение",
№ 1, 2000 г.

МОЖНО ЛИ ИЗМЕРЯТЬ НАУКУ?
Исследования В.В. Налимова по наукометрии

Ю.В. Грановский

Грановский Юрий Васильевич, к.х.н., научный сотрудник
кафедры физической химии Химфака МГУ им. М.В. Ломоносова.

Ко второй годовщине со дня смерти профессора Московского государственного университета В.В. Налимова (1910-1997 гг.) Российским центром испытаний и сертификации ("Ростест-Москва") был проведен семинар, посвященный его памяти, и издан мемориальный сборник. Основное место в сборнике отведено исследованиям В.В. по созданию метрологической теории количественного химического анализа. В сборник включены и другие материалы, позволяющие, по мнению редакторов-составителей, "представить многогранность научных интересов В.В. Налимова и его роль "первопроходца" в разработке новых научных направлений, оценить особенности и мощь его научного интеллекта, постоянную нацеленность на постановку и решение сложных научных задач, в основе которых лежат проблемы философского характера" [1, с. 2-3]. Однако в сборнике [1] не рассмотрены его исследования по развитию одного из направлений науковедения - наукометрии. Данная работа ставит своей целью хотя бы частично восполнить этот пробел.

Драматично складывалась первая половина жизни В.В. Налимова Он ушел из Московского университета в 1930 г. со второго курса математического отделения физико-математического факультета из-за конфликта с администрацией (заступился за студента, исключенного из университета за непролетарское происхождение). Не имея высшего образования, он успешно начал научную деятельность во Всесоюзном электротехническом институте. Однако этот благополучный период его жизни длился до октября 1936 г. За участие в деятельности религиозно-философской организации анархистов-мистиков Налимов был арестован и осужден на пять лет исправительно-трудовых лагерей.

После многолетнего пребывания в учреждениях ГУЛАГа, он в 1953 г. был амнистирован, приехал в Москву и поступил на работу редактором в отдел "Оптика" Института научной информации - ВИНИТИ АН СССР (1955 г.). Работая там, он в феврале 1957 г. с разрешения Всесоюзной аттестационной комиссии без вузовского диплома, по материалам, наработанным в годы ссылки, защитил кандидатскую диссертацию по применению методов математической статистики для изучения ошибок спектрального и химического анализов [2; 3].

После защиты диссертации В.В. Налимов заинтересовался идеями кибернетики и в 1959 г. (в соавторстве с сотрудниками ВИНИТИ Г.Э. Влэдуцем и Н.И. Стяжкиным) опубликовал свою первую наукометрическую работу "Научная и техническая информация как одна из задач кибернетики" [4]. Один из разделов этой статьи посвящен математическим моделям развития мировой науки. В нем поддерживались и развивались идеи американского историка науки Дирака Прайса по экспоненциальной зависимости от времени с начала XX в. таких характеристик (зависимых переменных - откликов) развития науки, как числа публикаций, журналов, научных сотрудников и пр. Отмечалось, что параметры экспоненты изменялись в сравнительно узких пределах, причем за период 10-15 лет значения откликов удваивались.

Экстраполяция кривых в прошлое приводила к разумным результатам, экспоненциальный характер развития науки по большинству откликов прослеживался на протяжении последних 200-250 лет. Такая закономерность наблюдалась только для широких областей науки - физики, химии, биологии. Для узких направлений науки экспоненциальная зависимость по мере их развития сменялась линейной.

Экстраполяция экспонент для числа публикаций и научных сотрудников на 100 лет вперед не была успешной. Значения откликов приобретали нереальные значения, возрастали на три порядка. Поэтому кривые роста достигали насыщения, экспоненты переходили в S-образные кривые, например логистические. В начальные моменты времени логистические кривые практически совпадали с экспонентами, а далее, с повышением значений откликов, скорость роста понижалась. Это понижение становилось заметным только при достаточно больших значениях зависимых переменных.

В работе [4] приведено оригинальное логическое обоснование рассмотренных математических моделей роста науки. При отсутствии ограничивающих факторов скорость роста откликов определялась достигнутым уровнем. Каждая новая научная работа вызывала появление других работ, ее развивающих или опровергающих. Когда зависимость отклика от времени становилась линейной, абсолютная скорость роста оставалась постоянной, не зависящей от достигнутого уровня.

В связи с экспоненциальным ростом науки было обращено внимание на изменение характера научных исследований. Научные сотрудники вынуждены в среднем тратить 50% своего времени на информационную деятельность. Быстрый рост числа публикаций будет приводить к еще большим временным затратам на эту часть научной работы. По той же причине возрастали задержки в публикации статей в научных журналах, уменьшались средние объемы статей. Поэтому был неизбежен переход к новым эффективным средствам информационной службы. Этот переход требовал разработки стандартных способов компактного свертывания результатов эксперимента и количественной оценки ошибок, связанной с ограниченностью экспериментального материала.

Авторы работы [4] считали, что поиски новых путей накопления, передачи и обработки информации (машинно-статистические методы свертывания текста статей, документация при помощи перфорированных карт, дескрипторное индексирование и пр.) привели к созданию новой дисциплины, которую можно рассматривать как одну из ветвей кибернетики, включающую представления математической логики, теории вероятностей, математической статистики, документалистики, лингвистики, психологии мышления, электроники и вычислительной техники. Развитие этой дисциплины приведет к новым формам организации науки и будет способствовать ее дальнейшей математизации. Этот вывод имеет отношение к таким направлениям современной информатики, как логические модели, инженерия математического обеспечения, числовые и символьные вычисления и пр. [5].

Появление статьи [4] не обошлось без последствий. Как позднее В.В. Налимов упомянул в своей автобиографической книге, директор ВИНИТИ А.И. Михайлов вызвал двух его соавторов и сказал им: "Все можно было ожидать от Налимова, но как вы, члены партии, могли стать соавторами такой позорной статьи?" [6, с. 241].

Для человека, не знакомого с историей послевоенного развития отечественной науки, такое высказывание может показаться странным. Почему статья вызвала негативную реакцию? Вот одно из возможных объяснений.

В четвертом издании "Краткого философского словаря" (1954 г.) кибернетика определена как "реакционная лженаука, возникшая в США после второй мировой войны и получившая широкое распространение в других капиталистических странах; форма современного механицизма". Для характеристики кибернетики в отечественных публикациях использовались такие слова, как пустоцвет, лженаука, идеологическое оружие империалистической реакции, порождение лакеев империализма и т.п. И хотя в СССР за период 1955-1959 гг. возникла инфраструктура, поддерживавшая новое научное направление, а в 1959 г. был создан Научный совет по комплексной проблеме "Кибернетика" при Президиуме АН СССР, до полной реабилитации кибернетики было еще далеко [5]. Это объясняет фразу "позорная статья".

В то время каждый руководитель организации отвечал за "идеологическую чистоту" выступлений своих сотрудников, как устных, так и письменных. Нарушение официальной идеологии грозило руководству неприятностями - плохо поставлена воспитательная работа. И по укоренившимся обывательским представлениям человек, попавший в тюрьму или в ссылку, не мог быть невиновным ("у нас зря не сажают!"). Об этом писал и сам В.В. Налимов: "Моя биография по тем временам была все же подозрительной" [6, с. 271-272]. Вот почему "все можно было ожидать от Налимова".

Осенью 1959 г. он перешел на работу в Государственный институт редких металлов (ГИРЕДМЕТ), где создал группу математических исследований химических и металлургических процессов и стал развивать новое научное направление - математическую теорию эксперимента. Зимой 1960 г. я, работая в той же организации после окончания вуза, увидел объявление: "Старший научный сотрудник, кандидат технических наук В.В. Налимов для сотрудников института прочитает курс лекций по математической статистике и планированию эксперимента". Посещая эти лекции, я познакомился с ним и увлекся проблемами планирования эксперимента.

Организованный несколько позже семинар способствовал образованию неформального коллектива, работавшего в этом научном направлении. В коллектив входили сотрудники математической группы ГИРЕДМЕТа Ю.П. Адлер, Г.Н. Веселая, Р.П. Слободчикова, сотрудники и студенты разных организаций и вузов Е.В. Маркова, А.Н. Лисенков, Н.А. Чернова и др. [7]. Весной 1960 г. я поступил в аспирантуру химического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова. Мои руководители академик В.И. Спицын и доцент Л.Н. Комиссарова поддержали идею изучения процессов экстракции редких металлов методами планирования эксперимента. В.В. Налимов стал научным консультантом (по применению методов математической статистики и планирования эксперимента) диссертационной работы. Наши творческие контакты, сначала по планированию эксперимента, а затем и по наукометрии, продолжались до самой его кончины.

В начале 1960-х гг. основное его внимание было уделено вопросам методологии и практики применения методов математической теории эксперимента. Но интерес В.В. Налимова к количественным методам изучения развития науки оставался неизменным. В 1960 г. увидела свет его монография по химической метрологии [8]. В первой главе книги при обсуждении вопроса о разработке и стандартизации надежных и удобных способов свертывания информации подчеркивалась его актуальность в связи с быстрым ростом числа публикаций во всех областях науки. Воспроизведены также фрагменты статьи [4] по кривым роста науки. В "информационном" разделе монографии рассмотрены вопросы применения перфорированных карт для документации первичного материала и результатов сложных исследований, применения перфорированных карт в молекулярной спектроскопии, документация материала с помощью машинной техники.

Уже в то время Налимов ясно понимал, что изучение процесса развития науки количественными методами без хорошо организованной службы информации не могло быть успешным. Отсюда его большое внимание к задачам получения, накопления, анализа и использования информации.

В 1961 г. на совместном заседании правления Всесоюзного химического общества им. Д.И. Менделеева и Научного совета по кибернетике в составе совета под председательством В.В. Налимова была образована секция "Химическая кибернетика". По отдельным направлениям химической кибернетики были созданы комиссии, возглавляемые известными специалистами. Так, в составе секции появилась комиссия по химической документалистике, руководимая Г.Г. Воробьевым. К задачам комиссии относились разработка информационно-поисковых систем для поиска, обработки и анализа химической информации, объединение специалистов, работавших в этой области, публикация материалов, организация семинаров, учебных курсов, конференций и пр.[2; 9]. Оказалось возможным отнести сюда и наукометрические задачи. Тем самым данная тематика получила официальное признание, вышла "из подполья".

В ряде своих последующих работ В,В. Налимов продолжал подчеркивать важность количественного изучения проблем развития науки. В передовой статье журнала "Заводская лаборатория" по применению методов кибернетики в практике работы лабораторий (1962 г.) опять отмечался факт экспоненциального роста публикуемой литературы с удвоением каждые 10-15 лет. Подчеркивалось, что в связи с этим появилась необходимость применения идей и методов кибернетики для механизации процессов получения, накопления, обработки и обмена информации и для облегчения управления большими лабораторными коллективами [10].

В другой передовой статье того же журнала (1964 г., соавтор Г. Г. Воробьев) задачи управления научными исследованиями рассмотрены более подробно [11]. Авторы этой работы считали, что система управления должна включать: формулировку цели; оптимальное распределение и перераспределение имеющихся ресурсов (материальные средства, кадры); организацию эффективной системы сбора, хранения, обработки и обмена информацией; выбор оптимальной стратегии для достижения поставленной цели. Постановка цели связана с прогнозированием развития отдельных областей науки. Прогнозирование включало неформальный анализ новых идей, формальный анализ кривых роста характеристик развития науки и т.п.

В 1965 г. появилась монография Налимова по планированию экстремального эксперимента (соавтор Н.А. Чернова). Там приведена экспоненциальная кривая роста числа работ в этой области за период 1950-1965 гг. [12, с. 225]. Кривые роста рассмотрены и в публикации, посвященной созданию информационной системы по математической теории эксперимента ([13], соавторы Ю.П. Адлер, Ю.В. Грановский). К задачам информационной системы отнесены: слежение за развитием отдельных направлений; сравнительная оценка развития математической статистики в нашей стране; разработка прогнозов.

Были построены кривые роста публикаций по планированию отсеивающего эксперимента в биологии (задачи растениеводства, животноводства, изучения фармацевтических препаратов и пр.), по факторному эксперименту (как это понимается в психологических исследованиях), по планированию экстремального эксперимента. Удвоение работ в этих направлениях происходило за 5.4 года, 8 лет и 1.6 года соответственно. Так как удвоение числа работ в физике, химии, биологии наблюдалось за 10-15 лет, скорость роста числа работ по планированию экстремального эксперимента была признана очень высокой. Обращено внимание исследователей, что при просмотре научных журналов обычно судят о развитии новых направлений по общему числу публикаций, а не по кривым роста. При этом многие интенсивно развивающиеся направления долго остаются незамеченными.

Вероятно, впервые в нашей стране при создании информационной системы предлагалось вести поиск публикаций по библиографическим ссылкам - фамилиям исследователей, внесших вклад в теорию и практику применения математической теории эксперимента ([14], соавторы Ю.П. Адлер, И.Ф. Александрова, Г.Г. Воробьев, Ю.В. Грановский, Е.В. Маркова). Как станет ясно из последующего изложения, библиографические ссылки играют особую роль в задачах применения количественных методов для изучения развития науки. Такая организация информационной службы позволила в дальнейшем, помимо решения информационных задач, проводить и наукометрические исследования.

В 1965 г. В.В. Налимов перешел на работу в Московский государственный университет на должность заведующего отделом математической теории эксперимента в новой межфакультетской лаборатории статистических методов (заведовал лабораторией академик А.Н. Колмогоров). Именно с этого периода он стал уделять много времени и сил проблемам наукометрии.

Вот некоторые из причин, способствовавших этому обстоятельству. Завершился первый, самый трудный этап развития исследований по планированию эксперимента в нашей стране. Под руководством Налимова сложился большой неформальный коллектив, проводивший теоретические и прикладные исследования. Секция "Химическая кибернетика" Научного совета по кибернетике координировала эти работы в масштабе всей страны. В.В. Налимов подготовил и успешно защитил докторскую диссертацию на тему "Метрологические аспекты химической кибернетики" (1963 г.), была опубликована монография по планированию экстремального эксперимента [12]. А далее проявилась особенность его научных исследований. Закладывая основы нового направления в стране, он в дальнейшем переходил к проблемам другого нового научного направления. Конечно, он не оставлял освоенную тематику и периодически возвращался к ней, решая самостоятельно или с помощью учеников и последователей некоторые важные задачи. Так было при его переходе от изучения проблем химической метрологии к проблемам планирования эксперимента и далее к проблемам наукометрии.

Другую причину перехода В.В. Налимова к изучению проблем наукометрии отмечал он сам. Творческая атмосфера в лаборатории статистических методов МГУ способствовала развитию исследований в тех областях науки, где ожидался значительный эффект от применения методов математической статистики [6].

Наконец, на этот переход действовали и "внешние" факторы. В стране возрос интерес к общим проблемам управления наукой. К середине 1960-х гг. "тормозящее поле" для кибернетических исследований заметно ослабло. Стали привлекать внимание сложные объекты, при изучении которых кибернетические представления могли бы оказаться полезными. Один из таких объектов - наука, где требовалось оптимальное управление при недостаточном знании механизма ее функционирования.

Такой же интерес к проблемам управления наукой наблюдался в то время и в передовых западных странах. Он был вызван исключительной ролью науки в революционных изменениях техники, совершенствовании производства и т.д. В 1940-х гг. начался быстрый рост числа научных учреждений, научных работников, расходов на науку. Она превратилась в массовую профессию. Появились государственные органы управления наукой, возникла потребность в разработке обоснованных рекомендаций по проведению научной политики. Это привело к идее развития науки о науке (science of science), науковедения.

Основателем науковедения считается английский исследователь Дж. Бернал, опубликовавший в 1939 г. книгу "Социальная функция науки" [15]. Он выделил науку как особый объект исследований - социальный институт, требующий отдельной науки для своего изучения. Функционирование таких дисциплин, как история науки, философия науки и т.п., признавалось уже недостаточным. После второй мировой войны стали широко изучаться социально-психологические, экономические, организационные и иные проблемы науки, образовались исследовательские группы, появились специальные журналы, стали проводиться конференции, в том числе и международные. Большой вкладе развитие науковедения внесли американские исследователи Д. Прайс и Ю. Гарфильд. Первый начал широко применять количественные методы для изучения развития науки, а второй организовал Институт научной информации (г. Филадельфия). Институт с начала 1960-х гг. стал выпускать "Указатель научных ссылок" (Science Citation Index, сокращенно SCI), сыгравший важную роль в последующих работах по науковедению [16; 17].

Через 25 лет после появления своей книги по науковедению Дж. Бернал утверждал: "Наука о науке, или, как я ее называю в других местах, самосознание науки, является великим начинанием второй половины ХХ-го века" [18].

Здесь не ставилась задача рассмотрения истории развития исследований по науковедению в нашей стране. Нам важно показать причины, способствовавшие обращению В.В. к интересующей его тематике. Помимо всеобщего роста интереса к науковедению сказалась, вероятно, и некоторая либерализация научной жизни, наступившая после хрущевской "оттепели". Стало возможным предлагать и иные, помимо административных, методы управления наукой [19].

В Советском Союзе в середине 1960-х гг. также стали возникать проблемные группы и секторы. Например, в Институте истории естествознания и техники АН СССР был открыт отдел науковедения, которым руководил член-корреспондент АН СССР С.Р. Микулинский [20]. В Академии наук Украины Г.М. Добровым был создан Центр исследования научно-технического потенциала и истории науки [21]. Важные вехи в развитии отечественного науковедения - опубликование весной 1966 г. статьи С.Р. Микулинского и Н.И. Родного, посвященной общим проблемам науковедения, и советско-польский симпозиум во Львове летом 1966 г., в котором приняли участие около 100 человек. В статье упомянутых двух авторов была дана трактовка предмета новой области науки [17; 22]. А на симпозиуме почти единодушно науковедение было признано как название новой области исследований. Относительно предмета изучения наибольшее распространение получила точка зрения С.Р. Микулинского и Н.И. Родного, которые считали, что науковедение - это комплексная наука о взаимодействии различных элементов изучаемого предмета и синтезирующего знания о нем. От науковедения ожидали рекомендаций по повышению эффективности научных исследований [19; 23].

На этом симпозиуме В.В. Налимов выступил с докладом о математическом моделировании процессов в науке [24]. Им были предложены математические модели роста некоторых характеристик развития науки (числа публикаций, эффективности труда научных работников и пр.) и дана интерпретация этих моделей. Он считал, что эти модели весьма приближенны, но их применение позволяет лучше понимать процесс развития науки.

Переход экспонент в логистические кривые В.В. называл адаптационным торможением и объяснял так: приращение результатов научной работы прямо пропорционально приращению числа научных сотрудников и .обратно пропорционально общему числу научных сотрудников, занятых решением данной проблемы. В деятельности научных коллективов торможение появляется оттого, что каждый новый член коллектива начинает обмениваться информацией со "старыми" членами, - скорость получения результатов снижается.

Налимов обратил внимание участников симпозиума на выделенную Д. Прайсом новую форму организации науки - неформальные (их еще иногда называют "незримые") коллективы. Это группы исследователей, работающих одновременно над одним кругом проблем в разных организациях и странах. Они связаны неформальными информационными каналами (письма, личные контакты и пр.), что позволяет решать проблемы без задержек, возникающих при использовании традиционных средств информации (журналы, книги и т.д.). Неформальные коллективы -это форма коллективного разума, созданного для преодоления трудностей, вызванных адаптационным торможением науки [16].

В.В. Налимов также активно участвовал в дискуссиях этого симпозиума. Так, в дискуссии о предмете, задачах и основных направлениях науковедения он, наряду с другими участниками симпозиума (Г.М. Добровым, А.А. Зворыкиным и др.), считал, что к основным задачам науковедения относятся изучение процесса производства научных знаний, выявление оптимальных форм организации науки, достижение высокой эффективности научно-исследовательской работы. Решение этих задач возможно путем гармоничного сочетания описательного и количественного подходов. Поэтому математические методы в науковедении должны найти самое широкое применение.

В дискуссии о названии новой области исследований Налимов, вероятно, впервые ввел термин "наукометрия" - для обозначения научного направления, входящего в науковедение и использующего количественные методы для изучения процесса развития науки. Этот термин в дальнейшем получил "права гражданства". В частности, так стал называться основанный в 1978 г. международный журнал "Scientometrics".

Середина 1960-х гг. была отмечена еще несколькими событиями. В совете по кибернетике у В.В. Налимова появилась аспирантка З.М. Мульченко, ставшая в дальнейшем соавтором многих его наукометрических работ. В Киеве была издана монография Г.М. Доброва "Наука о науке", в которой дана трактовка науки как информационного процесса и определены общие принципы прогнозирования, планирования и управления научными исследованиями [25]. Тогда же была опубликована книга с тем же названием - перевод сборника статей, изданного в Лондоне в связи с 25-летием появления книги Дж. Бернапа "Социальная функция науки". В сборник вошла и работа Д. Прайса "Малая наука, большая наука", содержавшая результаты количественного изучения процесса развития науки [26].

В завершение этого периода вышла статья Налимова "Количественные методы исследования процесса развития науки", в которой было дано развернутое изложение рассмотренных ранее положений [27]. Одно из них - рассмотрение науки как реально существующего, развивающегося во времени процесса, характеризующегося количественными параметрами. Его можно изучать так же, как изучают развивающиеся во времени физические, химические или биологические процессы. Количественные методы изучения процесса развития науки были названы наукометрией.

Как полагал В.В. Налимов, для развития наукометрии требуется решение основных задач: что измерять и как измерять. Нужны и оценки - насколько выбранные количественные параметры действительно отражают развитие науки. Из измеряемых параметров наиболее распространены число публикаций, число научных сотрудников, размеры научных коллективов и пр. Это косвенные показатели характеризуют лишь отдельные аспекты процесса роста науки. Но это весьма распространенная ситуация. И в точных науках часто приходиться ограничиваться измерением и изучением косвенных показателей. В работе [27] утверждалось, что вряд ли существует некий единственный показатель, определяющий этот процесс. Более подробно, чем в своем докладе на симпозиуме, он рассмотрел вопрос о работе "незримых коллективов". Внутри такого коллектива создается постоянная циркуляция: сотрудников, приезжающих в длительные командировки; отчетов по незаконченным работам; препринтов и т.д.

Статья завершалась перечислением задач наукометрии. Помимо отмеченных выше проблем, к ним отнесены: построение и анализ кривых роста для отечественной науки; изучение структуры организации научных исследований; исследование проблемы подбора и подготовки кадров; прогноз и управление развитием науки. Для решения задачи управления важно ответить на два вопроса, актуальных и сейчас: 1) сколько средств государство должно выделять на развитие научных исследований, и как эти средства следует распределять между отраслями знаний; 2) как организовать систему количественного слежения за развитием отдельных научных направлений? Налимов считал, что эффективность развития отечественной науки во многом будет определяться успехами в решении данных задач.

Примерно в это же время в Москве во главе с В.В. Налимовым образовался и неформальный наукометрический коллектив. Положительную роль в создании коллектива сыграл общегородской семинар по наукометрии, работавший под руководством этого ученого с начала 1967 г. в Институте истории естествознания и техники АН СССР [16]. Он поддерживал проводившиеся членами коллектива наукометрические исследования в области химии (И.М. Ориент, Р.Ф. Васильев и др.), в планировании эксперимента (Ю.П. Адлер, Е.В. Маркова, 3.М. Мульченко, Г.Б. Преображенская) и в других областях науки. Многие члены этого коллектива входили и в "незримый коллектив" по планированию эксперимента [7]. Но, вероятно, только автору этих строк удалось дольше всех "усидеть на двух стульях" - отсюда стремление воссоздать историю наукометрических исследований В.В. Налимова.

После появления статьи [27] появилось еще несколько публикаций Налимова (в соавторстве с 3.М, Мульченко) в малотиражных изданиях, повторяющих и развивающих рассмотренные в ней идеи: об использовании в наукометрии языка научных ссылок; изучении науки как информационного процесса; предмете и задачах наукометрии. А в конце 1967 г. была опубликована статья членов "незримого коллектива" по изучению журналов как каналов связи и оценке вклада отдельных стран в мировой научный информационный поток [28] (эту статью иногда называли "колхозной", так как она имеет 12 соавторов).

В ней еще раз и более четко определена информационная модель процесса развития науки, в которой журналы рассмотрены как каналы связи, система библиографических ссылок - как особый язык научной информации, показывающий влияние публикаций на развитие мировых информационных потоков. Для оценки вклада, вносимого отдельными странами в мировой научный информационный поток, было предложено рассматривать усилия, затрачиваемые той или иной страной на развитие науки, и эффективность этих усилий. В качестве меры усилий было принято относительное число публикаций, прошедших через фильтр реферативных журналов; мерой эффективности усилий - относительное число библиографических ссылок на авторов разных стран. Для исследования были взяты журналы по физической химии, молекулярной спектроскопии, металловедению, аналитической химии, математической статистике и философии. Работа проводилась преимущественно с комплектами журналов за 1965 г., издававшихся в СССР, США, Великобритании, ФРГ, Франции (в некоторых случаях Японии и Индии).

Было установлено, что США вместе с Великобританией, с одной стороны, а СССР - с другой, образовали два мало пересекающихся информационных потока, опиравшихся преимущественно на предшествующие публикации авторов своих стран. На англо-американский поток приходилось около 55% публикаций, на советский - около 20%. Журналы других стран не имели столь национально замкнутых информационных потоков. Цитируемость авторов публикаций на английском языке в журналах большинства других стран составляла примерно те же 55%. Аналогичный показатель для СССР был существенно ниже, около 3-4%, и не превосходил 5%. В этом состояло резко выраженное несоответствие между усилиями, затраченными на развитие науки, и достигнутой эффективностью. Работы на немецком языке, за небольшими исключениями, цитировались в пределах 5-10%, что довольно хорошо соответствовало уровню публикуемости.

Цитируемость публикаций на французском языке - менее 5%. Эффективность этих работ почти всегда была ниже публикуемости, хотя эта разница не достигала больших значений, характерных для публикаций на русском языке.

Для журнала "Journal of the American Chemical Society", в котором публикуются работы по основным разделам химии, было изучено изменение во времени уровня цитируемости авторов разных стран с 1900 г. по 1965 г. с интервалом в 10 лет. Цитируемость американских работ заметно росла во времени, с 27.5% до 66,6%, а работ на немецком и французском языках падала, с 59.7% до 7.1% и с 9.5% до 2.1% соответственно. Для русских и советских работ цитируемость начиная с 1910 г. оставалась примерно постоянной (0.8% - 2%).

Низкая цитирумость отечественных работ объяснялась плохой организацией информационной службы. Имела место большая задержка в движении новых идей по каналам связи. Движению идей препятствовали: отсутствие прямых регулярных связей с зарубежными исследователями; запоздалое поступление иностранных журналов; потери времени при подготовке статьи к печати (оформление сопроводительных бумаг, длительное рецензирование в редакциях журналов и пр.); недостаточно хорошее знание иностранных языков нашими научными сотрудниками и незнание русского языка иностранными исследователями. Эти барьеры имели разную величину для научных сотрудников разного ранга и положения.

В этой статье [28] был поставлен вопросе создании постоянно действующего отечественного информационного центра для систематического прослеживания за развитием науки с помощью статистического анализа информационных потоков. В этой работе подчеркивалось, что в управлении большую роль играет обратная связь. Если каждый научный коллектив будет систематически получать данные по статистическому анализу развития науки, это позволит ему с большей осторожностью и более критически подходить к выбору направления в своей научной деятельности.

Один из выводов этой работы - низкой эффективности научных исследований в нашей стране, подкрепленный количественными данными, оказался довольно неожиданным. Тогда гораздо чаще говорилось о высокой эффективности науки в Советском Союзе и превосходстве ее над наукой капиталистических стран (см., например, [29]). Полученные данные не подтвердили этот тезис. Выяснилось, что наукометрический подход может вскрывать просчеты в управлении наукой, и в этом плане он мог быть опасен для руководства наукой на разных уровнях.

Вывод о низкой эффективности отечественной науки с того времени все еще остается актуальным. В середине 1980-х гг. я не раз возвращался к анализу результатов работы [28]. Мне представлялось, что вывод о низкой эффективности отечественной науки из-за низкой скорости движения идей по каналам связи все же недостаточен. При изучении сложных объектов чаще воздействуют несколько сильно влияющих факторов [12]. Организация информационной службы - один из них, важность его не вызывает сомнений. Но могут существовать и другие факторы, оценка которых выходит за рамки настоящей работы. Когда я пробовал обсудить с В.В. Налимовым эту гипотезу, то успеха не добился. Он не любил возвращаться к обсуждению ранее выполненных работ, тем более что в тот период он уже напряженно работал над проблемами философии науки.

В последующих публикациях Налимов обращался к узловым проблемам наукометрии. Так, в работе (в соавторстве с 3.М. Мульченко) "Что мы ждем от наукометрии?" [30] рассмотрены задачи оценки эффективности работы научных коллективов и прослеживания за развитием новых идей. Отмечено, что, хотя степень цитируемости в Указателе научных ссылок может служить в какой-то степени мерой эффективности научной работы, следует учитывать неполноту и селективность этого источника информации. В этой статье [30] приведены оригинальные данные по цитируемости за 1965 г. двух групп научных сотрудников. Одна - малая группа исследователей, работавших в области математической статистики. Другая - большая группа академиков АН СССР. В первой группе было выявлено резко выраженное различие в цитировании авторов публикаций. Из академиков наиболее широкий отклик, особенно в зарубежной научной периодике, получили химики.

Среди физиков наибольшее число ссылок имели работы академика Л.Д. Ландау (1017 ссылок). Из математиков и механиков выделились работы Л.С. Понтрягина (149 ссылок), Н.Н. Боголюбова (131 ссылки), А.Н. Колмогорова (114 ссылок) и Н.И. Мусхелишвили (103 ссылки). Авторы полагали, что анализ кривых роста цитируемости научных сотрудников какого-либо научного коллектива за ряд лет может дать достаточно отчетливую картину динамики изменения эффективности его работы. Тем самым открывалась возможность оценки роста или упадка научных школ и "незримых коллективов". Весьма важен и рассмотренный в публикации [30] вопрос о языковой замкнутости исследований. Анализ цитирования работ по языковому признаку - один из способов выделения научных направлений, стоящих в стороне от столбовой дороги науки. Кроме лингвистического барьера, следует учитывать идеологические барьеры и барьеры консерватизма.

При изучении вопроса о взаимном проникновении наук было обращено внимание на создание условий, благоприятствующих данному процессу. В частности, это относится к проникновению математических методов в химию, биологию, технологию и т.д. Примером служат выделенные за 1965 г. 73 публикации, в которых применялись методы планирования эксперимента, разработанные американским статистиком Г. Боксом. Попутно выяснилось, что в прикладных задачах совсем не использовался подход, развитый американским математиком-теоретиком Кифером. Это оказалось существенным для отечественных специалистов, пытавшихся использовать идеи Кифера для решения прикладных задач. Эти исследования показали, что отечественные научные сотрудники идут своим - оригинальным путем.

В той же работе был рассмотрен еще один важный вопрос - возраст научного коллектива. Авторы считали, что успех в научной работе во многом зависит от эмоциональной настроенности научного сотрудника, а способность долгое время находиться в повышенном эмоциональном состоянии свойственна в большей степени молодым, чем людям среднего и пожилого возраста. Увлеченность в работе коллектива будет сохраняться лишь в том случае, если он не будет стареть. Приток свежих сил должен происходить со скоростью, обеспечивающей сохранение постоянства среднего возраста коллектива.

В итоге от наукометрии ожидался всесторонний количественный анализ процесса развития науки. Такой анализ должен был обеспечивать оптимальное управление наукой. Он станет возможным, если наукометрическим исследованиям придать исторический характер и анализировать динамику развития изучаемых явлений.

В работе по использованию статистических методов при управлении развитием науки ([31], соавтор 3.М. Мульченко) было отмечено, что можно предложить широкий спектр логических моделей для изучения процесса развития науки: экономическую, демографическую, гносеологическую или иную. Информационный подход неоднократно выдвигался ранее (например, Г.М. Добровым [25]), но не был доведен до логического завершения и не был оформлен как некая модель. Информационная модель позволила очертить круг изучаемых явлений, в частности исключить проблемы использования науки в технике. При этом не отрицалась важность гносеологии и методологии научных исследований, логики развития науки, психологии научного творчества и пр. На ранних этапах трудно предложить одну модель, которая охватила бы процесс развития науки во всем его многообразии. Комплексная модель появится позднее, с учетом результатов отдельных направлений.

Большое внимание в данной статье [31] было уделено системе научных ссылок как особому языку научной информации. Утверждалось, что ссылки - это кодовый язык, позволяющий представлять публикации в компактной форме. В связи с этим выделены две задачи: 1) изучение структуры этого языка; 2) его использование при изучении развития науки. Особенность этого языка заключается в том, что он обладает еще большей полиморфностью, чем обычный, в нем нет понятий в общепринятом смысле. Ссылка в публикации - это знак, отсылающий читателя к некоторой ранее опубликованной работе, богатой идеями. Содержание публикации закодировано библиографическими ссылками, и это кодирование более глубоко охватывает идейное богатство публикации, чем кодирование дескрипторами.

Язык научных ссылок позволил прослеживать развитие отдельных научных направлений и устанавливать обратную связь между автором и творчески активным читателем. Решение этих задач стало возможным после появления "Указателя научных ссылок". Один из вариантов решения задачи прослеживания состоит в изучении динамики цитирования авторов, работами которых задавалось развитие изучаемого научного направления. Анализ кривых роста цитирования позволяет делать краткосрочные прогнозы и оценивать влияние национальных и иных барьеров в распространении научных идей. Установление обратной связи включает получение информации для научного работника, где, когда и кем цитировались его работы, т.е. он будет информирован, как приняты его идеи и развиваются ли они.

Забегая несколько вперед отметим, что по предложению В.В. Наяимова нам удалось, вероятно, впервые в нашей стране, в период с 1966 по 1975 гг. создать подобную систему обратной связи для ряда отечественных специалистов по планированию эксперимента [32-34].

В статье [31] была обсуждена еще одна проблема, до сих пор вызывающая ожесточенные споры, - оценка эффективности труда научного сотрудника или научного коллектива. Как подчеркивали авторы, наиболее распространенным критерием является суммарное число публикаций. Но неоднократно отмечалось, что применение этого критерия наносит большой вред науке. Научные журналы оказываются засоренными посредственными и незрелыми публикациями. В информационной модели науки мерой полезности работы является ее цитируемость. Если публикация цитируется, она оказывает влияние на развитие науки. Лучше оценивать цитирование не отдельных работ, а всех публикаций, связанных с данным направлением. Часто выдвигаемые против критерия цитирования такие возражения, как отрицательное цитирование, запаздывание в понимании новых идей и т.д. логически несостоятельны.

Последний год десятилетия (1969 г.) ознаменовался выходом в свет монографии В.В. Налимова по наукометрии ([16], соавтор 3.М. Мульченко). В аннотации указано, что книга представляет собой первую в мире монографию по количественным методам изучения развития науки. В ней нашли отражение все рассмотренные выше работы Налимова, а также результаты решения ряда новых задач. Одна из них - статистический анализ содержания информационных потоков. Это формальный статистический анализ количественных показателей, содержавшихся в публикациях. Он возможен для узких областей знаний, связанных с количественными измерениями и помогает выявлять их основные тенденции развития.

Один из примеров (принадлежащих Д. Прайсу) - рост числа открытых химических элементов, аппроксимированный (апроксимация - приближенное выражение каких-либо величин или зависимостей через другие, более известные или более простые. - Ю.Г.) последовательностью логистических кривых. Механизм роста объяснен так. В некоторый момент времени возникают новые экспериментальные возможности и новые идеи - происходит быстрый рост числа новых элементов. Затем возможности метода исчерпываются, наблюдается затухание роста до появления нового направления, задающего новую кривую роста.

Несколько разделов монографии посвящены указателям научных ссылок, информационным системам, основанным на языке библиографических ссылок, изучению внутренних связей в науке по языку библиографических ссылок. Последний вопрос имеет отношение к историческому анализу развития научных направлений. С появлением "Указателя научных ссылок" началась документированная история науки - аналогично тому, как с появления летописей началась документированная история общества. Ранее исследования по истории науки носили фрагментарный, а не систематический характер.

Еще одна задача, рассмотренная в книге - изучение внутренней структуры фронта научных исследований. Структура определяется степенью взаимной связанности публикаций и скоростью обновления фронта. Степень связанности публикаций оценивается критерием Кесслера: некоторое число статей образует связанную группу GA, если каждая из них имеет хотя бы одну общую библиографическую ссылку с некоторой тестовой статьей Р0. Сила связи между Р0 и любой статьей из группы GA измеряется числом общих библиографических ссылок. Имеются примеры, как с помощью критерия Кесслера выявлены структурные особенности фронта научных исследований в отдельных областях знаний, которые ранее оставались незамеченными.

Скорость обновления фронта научных исследований может быть определена скоростью старения публикаций, на которые опираются новые работы. "Затухающие" кривые зависимости суммы ссылок на какие-либо работы от времени могут быть аппроксимированы экспонентой или суммой экспонент. По аналогии с изучением радиоактивного распада, удобно говорить о периоде полустарения публикаций - того интервала времени, в течение которого была опубликована половина цитируемых публикаций. Было установлено, что период полустарения изменялся в широких пределах. Быстрое старение наблюдалось в технических науках. Медленно старели публикации по математике и в описательных науках, таких как геология или ботаника.

Стоит отметить еще два раздела монографии: 1) пример всестороннего статистического анализа одного научного направления; 2) логический анализ проблемы прогнозирования.

В первом из них дан анализ одного из направлений математической статистики - планирования экстремальных экспериментов. Это направление стало развиваться с начала 1950-х гг. Построены кривые роста числа публикаций как для всего направления, так и для локальных разделов этой области знаний. С помощью библиографии теоретических работ были выявлены основные организации, проводящие эти исследования, изучено распределение работ по странам и языкам, установлены источники финансирования. Определено, что чаще всего цитировались работы Бокса (213 ссылок) и Кифера (52 ссылки), причем Бокс цитировался в журналах методологической направленности, а Кифер - в журналах теоретической направленности. Период полустарения публикаций в этой области равен 4,5 годам, что близко к периоду полустарения работ в технических дисциплинах.

При проведении логического анализа проблемы прогнозирования была сделана попытка ответить на два вопроса: что можно прогнозировать в развитии науки; на какой срок можно делать прогнозы?

Утверждалось, что прогноз возможен по кривым роста количественных показателей на любой срок, если есть уверенность в сохранении механизма, задающего течение изучаемого процесса. Однако в науке принципиально непрогнозируемые открытия могут вносить такие сильные изменения, что экстраполяция кривых теряет всякий смысл. Имеется только один логически обоснованный метод долгосрочного прогноза в науке - экстраполяция кривых роста до абсурда. Долгосрочный прогноз такого типа позволяет показать, что действующий механизм развития должен измениться. Этот прием использовал Д. Прайс, прогнозируя рост расходов на науку.

В заключении монографии [16] снова поставлен вопрос о создании специального информационного центра для статистического изучения развития науки. Авторы считали, что управление процессом развития науки должно быть основано на широком использовании наукометрических данных - как на государственном уровне, так и на уровне самоорганизации (например, для "незримых коллективов"). Все же, по их мнению, здесь еще оставался нерешенным один из важных вопросов кибернетики: каким должно быть соотношение между самоорганизацией и централизованным управлением в большой системе для того, чтобы она оставалась жизнеспособной. Системы с высоким уровнем централизованного управления не могут быть эффективными.

Монография [16] быстро стала библиографической редкостью и начала цитироваться в отечественных наукометрических работах [34]. В.В. Налимов продолжал свои наукометрические исследования и в начале 1970-х гг. опубликовал статьи: по сравнению науки и биосферы ([35], в соавторстве с З.М. Мульченко); географическому распределению научной информации ([36], в соавторстве с И.В. Кордон и А,Я. Корнеевой); изменению потребности в работниках интеллектуального труда ([37], в соавторстве с Г.А. Батуловой и А.В, Ярхо).

При сравнении науки и биосферы утверждалось, что эти две системы развиваются во времени так, что содержавшаяся в них информация усложняется. В биосфере появляются новые виды, в науке - новые концепции и новые области знаний. Такие системы названы информационно-развивающимися, механизм их развития не может быть построен на дедуктивной логике, т.е. на некоторых предпосылках и наконечных, строго детерминированных правилах вывода. Они имеют собственные языки, в биологии - язык генетического кода, в науке - язык научных коммуникаций. Со временем язык науки приближается к языку генетического кода, научные публикации становятся все более компактными. Обе системы обладают механизмами самоочищения от балласта. В биологической системе умирают отдельные особи, носители наследственной информации. В науке отмирают старые публикации, первичные носители информации, За отмиранием публикаций можно следить по их цитируемости.

В этой работе [35] впервые рассмотрен важный вопрос о бесконфликтных направлениях в науке. Эти направления при своем развитии не приводят к появлению внутренних противоречий и созданию новых концепций. В биосфере существуют тупиковые направления (эволюции нет), но они вовремя отсекаются, не истощая внешнюю среду. В науке не выработана система фильтров, отсекающих бесконфликтные направления. Наоборот, работы, создающие бесконфликтные ситуации, легче публиковать. Вероятно, это одна из причин опережения роста расходов на науку по отношению к доходам общества.

В статье по географическому распределению научной информации рассмотрена возможность развития нового направления наукометрии: изучение распределения научных журналов по странам мира, а в пределах стран - по отдельным научным центрам [36]. Здесь отмечено, что трудности с приобретением всего множества издаваемых журналов из-за удвоения их числа каждые 12-15 лет со временем нарастают. Это приводит к усилению неравномерности в распределении журналов. Научные работники разных стран и разных научных центров одной страны работают в неодинаковых условиях и поэтому имеют разный научный потенциал. Эта ситуация пояснена тремя примерами. Первый пример - пополнение научными журналами библиотеки Одесского университета. В XIX в. пополнение журналами росло по экспоненте в том же темпе, как росла тогда научная периодика. На грани двух веков уже начали сказываться финансовые трудности. После 1910 г. экспоненциальный рост перешел в логистический. В то же время с начала века к 1960 гг. число студентов возросло в 20 раз.

Во втором примере приведены результаты изучения распределения иностранных научных журналов по научным центрам СССР. Выборка включала негуманитарные журналы за 1966 г. Множество научных центров по числу журналов распалось на отдельные подгруппы. Сначала имело место быстрое падение числа журналов, далее появилось множество небольших групп, параллельно смещенных относительно друг друга, и в самом конце - ускоренное падение.

Аналогичные явления наблюдаются в экологии, когда ведется острая борьба за существование при нехватке питательных ресурсов. Как замечено в данной работе [36], вероятно, на рубеже двух столетий картина была иной. Тогда было меньше научных центров, и распределение журналов по ним было более равномерным. Неравномерность функции распределения, видимо, будет возрастать, так как возникают новые научные центры и появляются новые научные журналы. Эти процессы происходят быстрее, чем рост национального дохода. Недостаток средств приводит к высокой концентрации журналов в отдельных центрах, а научные сотрудники стремятся работать в центрах с высоким уровнем информированности.

В дополнение к проведенному исследованию было изучено распределение по странам мира трех журналов: "Biometrika", "Technometrics", "Lancet". Журнал "Biometrika" посвящен общеметодологическим вопросам математической статистики. Журнал "Technometrics" также рассматривает эти вопросы, но его статьи имеют большую практическую ориентацию. Оба журнала носят международный характер. Журнал "Lancet" предназначен для исследователей и практикующих врачей. Полученные данные о распределении журналов на начало 1970 г. указывали на резко выраженную неоднородность в распределении журналов по странам, причем эти данные мало коррелировали с распространенными представлениями о научной продуктивности ряда стран,

Интересная работа по изучению потребности в работниках интеллектуального труда была проведена по материалам анализа объявлений о найме на работу в журналах и газете Великобритании [37]. Как полагали авторы статьи, систематическое наблюдение за изменением во времени спроса по найму позволит подойти к решению задачи подготовки кадров высшими учебными заведениями и изменению структуры высшего образования. Источниками информации служили журналы "Nature", "New Scientist & Science Journal" за 1960 и 1969 г., а также газета "Times" за 1961 и 1971 г.

Для двух журналов общее число объявлений за девять лет почти не изменилось, но произошло заметное перераспределение спроса на специалистов разных профессий. Спрос на биологов возрос более чем в два раза, на биохимиков - в три раза. Упал спрос на физиков и химиков, т.е. наука существенно изменила свою направленность. Биологи требовались в правительственные учреждения, фирмы, организации контроля и пр. для изучения проблем экологии, производства продуктов питания и фармацевтических препаратов, преподавания и т.д. Значительно возрос спрос на специалистов по математической статистике.

Анализ объявлений в газете "Times" также показал более чем двукратное увеличение спроса на биологов. В то же время было замечено повышение потребности в специалистах с гуманитарным образованием. Это было объяснено тенденцией к гуманитаризации знаний. Гуманитарное образование, по-видимому, в большей степени, по сравнению с техническими и точными науками, способствует развитию самостоятельного мышления у студентов. Подобного рода исследования, по мнению авторов [37], желательно проводить систематически применительно к большому числу стран.

После выхода монографии [16] и статей [35-37] известность В.В. Нали-мова среди научных работников нашей страны заметно возросла. Но у многих представителей естественных наук сохранялось недоверие к наукометрии. Как позднее отмечал В.В., занятие наукометрией считалось несерьезным. В науковедении следовало заниматься изучением неких жестко детерминированных закономерностей функционирования и развития науки [6]. Вот описанный им эпизод, имеющий отношение к этой ситуации:

Помню, что как-то, зайдя к Андрею Николаевичу (А.Н. Колмогоров - Ю.Г.),я застал его просматривающим очередной том Большой советской энциклопедии. Обращаясь ко мне, он сказал: "Вот, В.В., сколько, лет мы занимаемся здесь различными проблемами, а в Энциклопедию попала только ваша наукометрия, а ведь мы все относились к этому несколько иронически".
Буквально в БСЭ (т. XVII) было написано следующее:
"Оформилась область статистического исследования структуры и динамики информационных массивов науки и потоков научной информации (ноукометрия). Проблема наукометрии разрабатывается в лаборатории математической статистики МГУ и Всесоюзном институте научной информации" (с. 981 -982).
Далее была указана книга: В.В. Налимов, 3.М. Мульченко. Наукометрия, Изучение развития науки как информационного процесса. М.: Наука, 1969. 191 с. [6, с. 284-285].

Монография по наукометрии была переиздана в Польше (1971 г.) и Венгрии (1980 г.). В период 1971-1975 гг. она получила заметную цитируемость (около 40 ссылок - см. [34]). Следует учитывать, что "Указатель научных ссылок по социальным наукам" (Social Science Citation Index, сокращенно SSCI) сканирующий наиболее важные журналы по социальным наукам, начал издаваться с 1973 г.

В 1971 г. в Москве во время проведения Международного конгресса по истории науки состоялось очное знакомство В.В. Налимова с Д. Прайсом. По предложению Налимова Прайс прочитал доклад о своих наукометрических исследованиях на химическом факультете МГУ.

Планирование эксперимента и наукометрия-два научных направления, с разных сторон решающих основную задачу науковедения - задачу повышения эффективности научных исследований. Налимов успешно решал вопросы их взаимодействия. В наукометрических работах он использовал идеи математической теории эксперимента, а состояние исследований по математической теории эксперимента анализировал с помощью методов наукометрии. Это способствовало успешному развитию обоих направлений.

С начала 1970-х гг. Налимов стал изучать логико-методологические проблемы науки, связанные с применением математики для вероятностного описания мира. Это определило его интерес к анализу языка, адекватно выражающего вероятностное мировоззрение. В 1974 г. появилась его монография, посвященная данной теме [38]. В ней наука рассмотрена как развитие некоторого языка, специально приспособленного для получения и отражения знания о мире. Наряду с изложением таких вопросов, как множество диалектов языка математики, математика как язык физики и пр., в монографии имеются разделы, связанные с наукометрией. Например, рассмотрен язык библиографических ссылок как некая знаковая система, имеющая иерархическую структуру и не имеющая в явном виде ни алфавита, ни грамматики.

В разделе, посвященном частоте использования терминов математической статистики в публикациях по эмиссионному спектральному анализу и аналитической химии, отмечалось, что эти данные позволили судить, в какой степени методы математической статистики проникают в ту или иную область знаний. При рассмотрении вопросов интерпретации математических моделей приведена информационная модель процесса развития науки.

В последующих работах по философии науки В.В. Налимов все время подчеркивал, что наукометрический подход позволил понять и описать многие интересные явления, связанные с развитием науки как информационной системы. Но это взгляд на науку только в одном ракурсе. При таком подходе логика развития науки ускользает от внимания исследователей. Целесообразно наукометрический подход сочетать с результатами работ по логике развития науки, полученными такими зарубежными исследователями, как Поппер, Кун и др. [39]. Например, критерием прогресса науки, по концепции Поппера, признается фальсифицируемость - старые теории заменяются новыми, способными выдержать все более суровые испытания. Но иногда сама логика суждений приводит к необходимости формулировать гипотезы, трудно проверяемые на фальсифицируемость.

Это может быть пояснено наукометрическим примером. Процесс развития науки легко аппроксимируется экспонентой. Но логически трудно обосновать правомерность описания роста числа научных публикаций одной экспонентой. Логично полагать, что разные области знаний и разные страны в различные моменты времени представляются экспонентами с разными константами роста. Поэтому кривые роста целесообразно задавать суммой экспонент. Такую функцию трудно поставить в условия риска при проверке, так как суммой экспонент можно описать слишком широкий класс кривых. Следует учитывать подобного рода соображения при применении наукометрических методов.

В условиях, когда трудно поставить критический эксперимент для выбора одной из конкурирующих гипотез, особую роль играет интерпретация моделей. Например, рост числа публикаций описывается суммой экспонент. Но могут быть использованы математические модели развития эпидемий болезней. Экстраполяция в будущее говорит в пользу суммы экспонент. Маловероятно, что с наукой может случиться то, что происходит с эпидемией - падение до нулевого уровня [39].

В 1980 г. В.В. Налимов принял предложение стать редактором-консультантом журнала "Scientometrics" и в дальнейшем опубликовал в этом журнале несколько статей. Он принял участие в дискуссии, открытой на страницах журнала американским исследователем М. Моравчиком о жизни в многомерном мире [40]. Налимов считал, что проблемы науки о науке не могут быть решены только обращением к многомерным методам. Перспективно изучение сложных систем с разных позиций, например, с позиций вероятностного видения мира. В другой работе он изложил свои взгляды на современную науку и культуру и их будущее [41]. По его мнению, одна из основных задач культуры - социальная терапия, но современная культура постепенно теряет свой терапевтический эффект. Поэтому наука, определяющая научно-технический прогресс и культуру, должна радикально измениться, а новая культура от культуры ответов должна перейти к культуре вопросов. В настоящее время идет поиск оснований новой культуры в гуманистической философии, психологии, психиатрии и пр.

В 1987 г. В.В. Налимов за успехи в области наукометрии первым из отечественных исследователей был награжден медалью Дерека де Солла Прайса, присуждаемой один раз в два года редакционным консультативным советом журнала "Scientometrics" [42].

Во второй половине 1980-х гг. Налимов стал интересоваться трансперсональной психологией, одним из направлений современной психологии. Общепризнанного определения этого направления еще нет. Она выступает как новая философия человека и направлена не на изучение отдельных проявлений психики, а на понимание природы человека в целом, исследует многообразие состояний сознания. Эту область знания отличает экспериментальное изучение внеличностного (трансперсонального) сознания, использование опыта религий прошлого и представлений современной теоретической физики, поиск новых форм существования культуры, изучение вопросов гармонизации отношений внутри коллективов и врачебной помощи, основанной на новом понимании смысла и существа жизни. В трансперсональной психологии человек выходит за пределы своей личностной капсулизации [43]. В развитии этого направления, помимо психологов, участвуют философы, математики, физики, биологи, врачи, лингвисты, психиатры, религиоведы, социологи. Основной журнал направления - "The Journal of Transpersonal Phychology" (JTP).

Одна из последних наукометрических работ В.В. Налимова - анализ публикаций этого журнала с 1969 г. (год создания журнала) до 1989 г. [44]. В журнале за этот период было опубликовано около 200 статей, четвертая часть из них не имела пристатейной библиографии. Остальные статьи в сумме имели более 5000 ссылок. Выделена группа наиболее цитируемых авторов, каждый из них хорошо известен своим вкладом в развитие трансперсональной психологии. Список авторов, цитируемых в "JTP", был сопоставлен со списком научных сотрудников, внесенных в словарь "Психология", на идеи которых опиралась отечественная психологическая наука. Это представители существующей парадигмы в таких ее областях, как психология, психиатрия, педагогика, нейрофизиология, частично классическая философия.

Из 139 имен словаря только 13 имен цитировалось в JTP. Выяснилось, таким образом, что новое направление, возникшее как ответ на проблемы, связанные с современным состоянием психического и духовного здоровья, оказалось вне современной парадигмы. Изучение цитирования авторов JTP по данным SCI и SSCI за 1985-1989 гг. подтвердило вывод: развивающаяся дисциплина не просто нова, но в чем-то противоположна существующей системе представлений. В данной работе наукометрический подход использован для изучения процесса возникновения и развития еще не признанной научной дисциплины.

Завершая обзор исследований В.В. Налимова в области наукометрии, можно на основании полученных им результатов дать положительный ответ на вопрос, вынесенный в заглавие настоящей работы - науку можно и нужно измерять. И это один из основных путей повышения эффективности научно-исследовательских работ.

Работы В.В. Налимова по наукометрии получили международную известность. Это, в частности, нашло отражение и в присуждении ему медали Д. Прайса, приглашении к работе в журнал "Scientometrics". Эта известность определялась его большим вкладом в развитие направления. До сих пор изученные им проблемы актуальны, а полученные результаты могут служить основанием для дальнейших исследований.

В отечественной науке наукометрические работы В.В. Налимова не получили должного развития. Вот как об этом говорил он сам:

Наукометрия (количественная оценка развития науки и вклада в нее отдельных ученых или научных коллективов) оказалась невозможной в нашей стране, и тем более в Академии, как, скажем, невозможна богометрия (количественная оценка благочестивости) в Церкви [44, с. 161].
Кому-то это высказывание покажется чересчур категоричным. Например, по этому направлению изданы несколько монографий отечественными авторами [45-48]. Но фактически из всех задач, выдвинутых Налимовым перед наукометрией для нашей страны в 1960-е гг., действительно мало что удалось сделать. Это можно было бы объяснить общим кризисом российской науки, одним из следствий которого стало повсеместное свертывание в 1990-х гг. исследований по науковедению и самих институциональных форм науки [49]. Реально же свертывание наукометрической тематики произошло еще раньше. Здесь не место анализу причин замедления отечественных исследований по наукометрии. Но все же имеет смысл отметить одну причину. Ее выделял и В.В. Налимов:
Выяснилось, что ранее меня наукометрическими исследованиями (в математике) стал заниматься А.Г. Курош (профессор механико-математического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова). Он не знал о существовании гарфилдовского Индекса цитирования и всю работу проводил сам, просматривая непосредственно журналы. Много интересных бесед провели мы с ним. На мой вопрос, почему он не публикует результаты своих наукометрических исследований, ответ прозвучал примерно так: "Боюсь, что это сократит мою жизнь" [6, с. 285].
И это были не пустые опасения. О скептическом отношении многих отечественных исследователей к наукометрии упоминалось ранее. Поэтому имелась совсем не малая вероятность ухудшения отношений с коллегами по работе. Если говорить о руководителях научных учреждений, то мне известны несколько случаев прямого запрета на проведение наукометрических работ. Нарушение запрета грозило потерей места работы. Вероятно, проще и привычнее руководить наукой по-старому, в традициях командно-административной системы.

Возрождение науки в России вряд ли возможно без науковедения и наукометрии. Если это произойдет, то непременно будут востребованы многие идеи и результаты наукометрических исследований В.В. Налимова. И тогда уже в нашей стране будет оценен тот значительный вклад, сделанный им в эту область современной науки.


Автор считает своим приятным долгом принести благодарность д.т.н, профессору Е.В. Марковой
за ценные замечания и поддержку настоящей работы.

Литература

1.Маркова Е.В., Брюханов В.А. Предисловие // В.В. Налимов (1910-1997) и его вклад в создание метрологической теории количественного химического анализа (мемориальный сборник в трех частях). Ч. 1. М.: Российский центр испытаний и сертификации 1999.51 с.

2.Маркова Е.В. Эхо ГУЛАГа в Научном совете по кибернетике // Очерки истории информатики в России / Редакторы-составители Д.А. Поспелов, Я. И. Фет. Новосибирск: Научно-издательский центр ОИГТМ СО РАН, 1998. С. 551-555.

3.Грановский Ю.В. Памяти Василия Васильевича Налимова // Научно-техническая информация. Сер. 2. 1997. № 5. С. 33-36.

4.Влэдуц Г.Э., Налимов В.В., Стяжкин Н.И. Научная и техническая информация как одна из задач кибернетики // Успехи физических наук. 1959. Т. 69. №1. C. 13-56.

5.Поспелов Д.А. Становление информатики в России // Очерки истории информатики в России / Редакторы-составители Д.А. Поспелов, Я.И. Фет. Новосибирск: Научно-издательский центр ОИГГМ СО РАН, 1998. С. 7-44.

6.Налимов В.В. Канатоходец: Воспоминания. М.: Прогресс, 1994. 456 с.

7.Маркова Е.В. Вольный университет для "незримого коллектива" // В.В. Налимов (1910-1997) и его вклада создание метрологической теории количественного химического анализа (мемориальный сборник в трех частях). Ч. 3. М.: Ростест-Москва, 1999. С. 2-15.

8.Налимов В.В. Применение математической статистики при анализе вещества. М.: Физматгиз, 1960. 430 с.

9. Воробьев Г.Г. Основные задачи химической документалистики // Планирование эксперимента / Под ред. Г.К. Круга. М.: Наука, 1966. С. 405-414.

10. Налимов В.В. Методы кибернетики-в практику работы лабораторий // Заводская лаборатория. 1962. Т. 28. № 7. С. 771-772.

11.Налимов В.В., Воробьев Г.Г. Кибернетика в координации научно-исследовательских работ // Заводская лаборатория. 1964. Т. 30. № 3. С. 259-260.

12.Налимов В.В., Чернова Н.А. Статистические методы планирования экстремальных экспериментов. М.: Наука, 1965. 340 с.

13.Налимов В.В., Адлер Ю.П., Грановский Ю.В. Информационная система по математической теории эксперимента // Кибернетика и документалистика: Механизация процесса накопления, хранения и поиска научной информации. М.: Наука, 1966. С. 138-149.

14.Адлер Ю.П..Александрова И.Ф., Воробьев Г.Г., Грановский Ю.В., Маркова Е.В., Налимов В. В. Ключевые слова и система кодов в перфокартотеке "Математическая теория эксперимента" // Кибернетика и документалистика: Механизация процесса накопления, хранения и поиска научной информации. М.: Наука, 1966. С. 149-171.

15.Bernal J.D. The Social Function of Science. London: Routledge & Kegan Paul, 1939. 482 p.

16.Налимов В.В., Мульченко З.М. Наукометрия: Изучение развития науки как информационного процесса. М.: Наука, 1969. 192 с.

17. Основы науковедения / Под ред. Н.Стефанова, Н.Яхиела и др. М.: Наука, 1985.430с.

18.Бернал Дж. Двадцать лет спустя // Наука о науке. Под ред. В.Н. Столетова. М.: Прогресс, 1966. С. 255-280.

19.Кузнецова Н.И. ИИЕТ как объект "полевого исследования" и сам по себе // Вопросы истории естествознания и техники. 1995. № 1. С. 138-145.

20.Монджили А. Приключения науковедения: случай Института истории естествознания и техники // Вопросы истории естествознания и техники. 1995. №1. С. 1 16-137.

21.Добров Г.М. Наука о науке. Введение в общее науковедение. Изд. 2-е, перер. и доп. Киев: Наукова Думка, 1970. 320 с.

22.Микулинский С.Р., Родный Н.И. Наука как предмет специального исследования (к формированию "науки о науке" - науковедения) // Вопросы философии. 1966. №5. С. 25-38.

23.Келле В.Ж. Становление в СССР социологических исследований науки в послевоенный период // Вопросы истории естествознания и техники. 1995. № 2. С. 41-48.

24. Бирюков Б.В., Маркова Е.В. Проблема комплексного изучения развития науки // Научные доклады высшей школы: Философские науки. 1967. Т. 10. №1. С. 173-178.

25.Добров Г.М. Наука о науке: Введение в общее наукознание. Киев: Наукова Думка, 1966.270 с.

26. Наука о науке / Пер. с англ. под ред. В.Н. Столетова. М.: Прогресс, 1966 С. 281-384. (Price D. Little Science, Big Science. New York: Columbia U.P., 1963).

27.Налимов В.В. Количественные методы исследования процесса развития науки // Вопросы философии. 1966. № 12. С. 38-47.

28.Баринова 3.Б., Васильев P.Ф., Грановский Ю.В., Мульченко 3.М., Налимов В.В., Напастников Е.В., Ориент И.М., Преображенская Г. Б., Страхов А.Б., Терехин А.Т., Фарберова Т.Л., Щербаков Ю.А.. Изучение научных журналов как каналов связи. Оценка вклада отдельных стран в мировой научный информационный поток // Научно-техническая информация. Сер. 2. 1967. № 12. С. 3-1 1.

29.Иовчук М. Предисловие // Бернал Дж. Наука и общество: Сборник статей и выступлений / Пер. с англ. М.: Иностранная литература, 1953. С. 1П-ХХХ111.

30.Мульченко 3.М., Налимов В.В. Что мы ждем от наукометрии? Материалы к симпозиуму "Исследование операций и анализ развития науки". Ч. 1: Методы анализа развития науки. М.: Центральный совет по философским вопросам естествознания АН СССР, 1967. С. 38-59.

31.Налимов В.В., МульченкоЗ.М. Об использовании статистических методов при управлении развитием науки // Управление, планирование и организация научных и технических исследований. Т. 3. М.: ВИНИТИ, 1970. С. 327-342.

32.Грановский Ю.В., Мурашова Т.И..Страхов А.Б..Адлер Ю.П. Планирование эксперимента: Библиография прикладных работ за 1966-1968 гг. М.:Изд-во МГУ, 1971. 190 с.

33.Грановский Ю.В., Любимова Т.Н., Мурашова Т.П., Страхов А.Б. Планирование эксперимента: Библиография прикладных работ за 1969-1970 гг. М.: Изд-во МГУ, 1974. 194 с.

34.Грановский Ю.В..Мурашова Т.И., Любимова Т.Н., Адлер Ю.П .Планирование эксперимента: Библиография прикладных работ за 1971-1975 гг. М.: Биологический факультет МГУ, Химический факультет МГУ, 1978. 250 с.

35. Налимов В.В., Мульченко З.М. Наука и биосфера: опыт сравнения двух систем // Природа. 1970. № 11. С. 55-63.

36.Налимов В.В., Кордон И.В., Корнеева А.Я. Географическое распределение научной информации // Информационные материллы Научного совета по комплексной проблеме "Кибернетика" АН СССР. 1971. № 2 (49). С. 3-37.

37.Батулова Г.А., Налимов В.В., Ярхо А.В. На бирже науки // Природа. 1975. № 2. С. 76-81.

38.Налимов В.В. Вероятностная модель языка. О соотношении естественных и искусственных языков. М.: Наука, 1974. 272 с.

39.Nalirnov V.V. Faces of Science. Philadelphia, ISI Press, 1981. 297 p.

40.Nalirnov V.V. Life in Multidimensional World // Scientometrics. 1984. V, 6. №2. P. 103-104.

41.Nalirnov V.V. Meeting the XXI-th Century IIScientometrics. 1991. V. 20. №1. P. 65-69.

42.Granovsky Y.V. Comments on V.V. Nalimov Recipient of the 1987 Derek De Solla Price // Scientometrics. 1989. V. 15. № 1-2. P. 7-12.

43.Налимов В.В. Спонтанность сознания. Вероятностная теория смыслов и смысловая архитектоника личности. М.: Прометей, 1989. 287 с.

44. Налимов В.В. В поисках иных смыслов. М.: Прогресс, 1993. С. 122-129.

45. Хайтун С.Д. Наукометрия: Состояние и перспективы. М.: Наука, 1983. 344 с.

46.Хайтун С.Д. Проблемы количественного анализа науки. М.: Наука, 1989. 280 с.

47.Маршакова И.В. Система цитирования научной литературы как средство слежения за развитием науки. М.: Наука, 1988. 288 с,

48.Маршакова-Шайкевич И.В. Вклад России в развитие науки: библиометрический анализ. М.:Янус, 1995. 248 с.

49. Семенов Е.В. Первый российский науковедческий журнал // Науковедение. 1999. № 1. С. 5-6. 


1998 - 2003.© Василий Леонов
 

Возврат на главную страницу.

Возврат в КУНСТКАМЕРУ.
Rambler's Top100